Мелани Бенджамин «Госпожа отеля «Ритц»
Очередная книга про Париж времён Второй Мировой войны и в очередной раз хочется вопить — ну как так??
Но обо всем по порядку. Данный роман посвящён супружеской паре Бланш и Клоду Аузелло. Клод был управляющем знаменитого «Ритца», а Бланш — его жена, которая получила прозвище, легшее в название книги — «госпожа отеля «Ритц». Автор книги нам рассказывает биографию этих двух людей, вернее, ту ее часть, которая приходится на годы оккупации Парижа немцами.
История эта должна быть более, чем интересной. Двое людей, любящих (?) супругов, оказываются в самом центре фашистского гнезда, оба они — Клод и Бланш — становятся участниками Сопротивления. А за несколько месяцев до освобождения союзниками Парижа Бланш попадает в лагерь на окраине города — Френ, который обычно становится для узников последним пунктом на пути в Освенцим, Дахау и другие лагеря смерти. Бланш повезло — ее не отправили дальше и не успели расстрелять — и она снова возвращается в «Ритц». А спустя много лет после окончания войны Клод Аузелло убивает Бланш и пускает себе пулю в лоб.
Если вы подумали, что я хорошо так проспойлерила книгу, вы ошибаетесь. Это те факты биографии четы Аузелло, которые можно найти везде. В общем-то, это единственные факты. Обо всем остальном почти нет сведений. Что вы подумали, прочитав эту краткую биографию? Наверняка — это должно быть интересно! Я подумала так же. И автор книги Мелани Бенджамин подумала так же. Честно? Лучше бы эта мысль ей в голову не приходила и книгу эту она бы не писала. Наверное, плохой тон одному автору ругать другого — мы все в одном котле варимся. Но, помимо того, что я автор, я прежде всего читатель и, хочется верить, читатель вдумчивый.
Книга написана странно. Во-первых, я постоянно спотыкалась на перескакивании с настоящего времени на прошедшее: Бланш надевает пальто. Бланш смотрит по сторонам. Но вдруг! Бланш увидела знакомое лицо в толпе.
Не знаю, кому тут сказать спасибо, автору или переводчику, но обычно переводчики всё-таки таких вольностей себе не позволяют и следуют авторскому слогу, зачастую переводят плохо, но буквально. То есть, если пишет автор всю книгу в настоящем времени, то и переводчик переводит так же. Но в данном романе мы прыгаем во временах глагола прямо-таки из предложения в предложение. Наверное, кто-то скажет, что я придираюсь, но из песни слов не выкинешь — невозможно читать, когда написано так.
И если на это всё-таки можно было бы закрыть глаза, то на историю, рассказанную нам про Клода и Бланш Аузелло, закрыть их невозможно. Не будет здесь истории о том, как жил Париж в годы оккупации, не будет здесь какой-то, пусть и выдуманной, правды о немецких офицерах, занявших «Ритц», не будет здесь и рассказа об участии Бланш или Клода в движении Сопротивления. Что будет? Описание странных, истеричных отношений. Пафосные высокомерные фразы. «Тощая сука Шанель». До смешного слащавая кульминация.
Как говорит сама писательница в послесловии: мы знаем несколько фактов биографии Бланш Аузелло, но ничего не знаем о характере этой женщины. Поэтому Мелани Бенджамин характер ей выдумывает. И у меня возникает вопрос: зачем было делать из Бланш истеричную глупую бабу? А ведь именно такой она предстаёт, несмотря на все уверения писательницы, что Бланш сделала так много для Сопротивления. И она кидает читателю на затравку парочку историй о «подвигах» Бланш. Все это описывается в таком ключе, что становится даже обидно за реальную Бланш Аузелло.
Много пафоса и в отношениях между Бланш и ее подругой Лили, которая появляется как бы из ниоткуда, а уже через пару абзацев говорит: да, Бланш, ты настоящий человек, ради тебя я могла бы умереть. Почему Лили вдруг кидается такими высокопарными фразами, не понятно абсолютно, потому что не видно читателю вот этого настоящего человека в Бланш, до самого конца книги не видно.
Ну или взять слезоточивое примирение Бланш с ее мужем накануне ареста: это было уж слишком мелодраматично и даже смешно.
— Какой же ты гад, Клод? Все время шатаешься по своим любовницам!
— Ты алкоголичка, Бланш. Все время тусишь с этой странной Лили.
— Ах, если бы ты знал, чем я на самом деле занимаюсь.
— Ах, если бы ты, Бланш, знала, чем занимаюсь я.
— Ну, расскажи!
— Да я! Я столько сделал для Сопротивления!
— А я сколько сделала!
— Как, и ты тоже?
— О моя Бланш! Ты самая лучшая!
— О мой Клод! Ты настоящий француз!
И все в таком духе. Диалог, конечно, утрирован, но не сильно отличается от того, что придумала Мелани Бенджамин.
Ну а если взять момент, из-за которого Бланш арестовывают, то понимаешь, что либо у автора все плохо с фантазией, либо у Бланш с головой. Не знаю, кого здесь винить.
Зато, как говорит автор книги, третьим главным героем в ее романе выступает «Ритц». К сожалению, по описанию писательницы четкое представление об отеле у меня так и не сложилось, но вот чего тут в избытке, так это, опять же, пафосных фраз: Это же «Ритц». В «Ритце» все возможно. С нами наш «Ритц». «Ритц» нас защитит! Ну и все в том же духе.
Очень жаль, что история французского Сопротивления в данной книге выглядит, как развлечение не очень умных, но очень экзальтированных людей. Очень жаль, что Бланш получилась вот такой пустышкой с претензией на величие. Что-то мне подсказывает, что в жизни она была другой. Очень жаль, что горизонтальная коллаборационистка Коко Шанель в конце книги выглядит этакой подобревшей тетушкой (кстати, переводчик почему-то решил перевести слово «коллаборационизм» как «сотрудничество»). Очень жаль, что история необыкновенных людей, которая имела весь потенциал стать прекрасной и проникновенной, в итоге стала сплошным разочарованием, вызывающим лишь недоумение!
#книжный блог #книги о войне #книгиовойне #отзыв о книге #книжный обзор #что почитать