Среди многочисленных загадок русского языка не последнее место занимает образование числительных. С одной стороны, кажется, что, кроме названия числительного «сорок», никаких странностей больше нет. Но это только на первый взгляд. Вам никогда не казалось странным, почему «два стула», «два стола», но «пять стульев», «пять столов»? То есть «пять» — это «много столов», а «два»?
Всё дело в двойственном числе, которое в прошлом было у многих народов, и сейчас ещё осталось в некоторых языках, например, словенском, шотландском, ирландском, в некоторых семитских языках.
Двойственное число в древнерусском языке
Собственно говоря, это не совсем число, а форма склонения парных существительных, или когда их две штуки. Хотя одна из форм самого двойственного числа тоже осталась. Это «оба/обе».
В настоящем времени, изменяясь по числам, слова имеют две формы: единственное число («стол», «конь», «ваза») и множественное («столы», «кони», «вазы»). А в прошлом форм числа было три: единственное, двойственное и множественное. Слова в этих формах отличались падежными окончаниями при склонении. Вот примеры в табличке:
Многие формы кажутся нам странными, потому что они исчезли из языка с исчезновением двойственного числа. Это произошло не так давно — в XV—XVI веках, как раз в то время, когда происходило выделение древнерусского языка из группы восточнославянских языков. Сейчас сложно назвать причину утраты двойственного числа, но, возможно, какие-то гипотезы на этот счёт есть. Но, вообще, языки развиваются по линии упрощения синтаксиса и обобщения понятий. Об этом я как-нибудь напишу.
Обращаясь снова к табличке, хочу обратить ваше внимание на то, что у некоторых слов в современном языке остались формы не множественного, а двойственного числа. Обычно это характерно для парных существительных, которые употреблялись чаще в двойственном числе, например: «уши», «очи», «бока», «берега» (множественное было «берези»), «рукава» (множественное – «рукави»). Но исключения тоже имеются, например, у непарного слова «дом» сохранилось двойственное «дома», но ещё в XIX веке встречалось и «домы». «Плечи» и «колени» — это тоже формы двойственного числа, но эти слова у А. С. Пушкина мы можем встретить и в форме множественного, которая сейчас совсем исчезла. Вот строки из «Евгения Онегина»:
«И первым снегом с кровли бани
Умыть лицо, плеча и грудь». (Плеча, а не плечи, как сказали бы мы).
И в «Руслане и Людмиле»:
«И пал без чувств он на колена…».
Эти цитаты показывают, как постепенно меняется язык, и не всегда орфография классиков — пример для подражания.
Зачем нужно было двойственное число?
Это интересный вопрос и совсем непростой. Действительно, почему людям в древности важно было подчеркнуть разницу между двумя объектами и множеством? Когда речь идёт о парных объектах, таких, например, как два сапога или два глаза, то это можно объяснить тем, что они воспринимались именно парами. Недаром же в языке есть такой нумератив (имя существительное, выражающее число) — «пара». Но ведь формы двойственного числа были и у непарных объектов.
Как я уже писала выше, двойственное число имелось у большинства европейских народов в прошлом, и это привлекало внимание исследователей. Выдающийся филолог, немецкий языковед Вильгельм фон Гумбольдт считал, что двойственное число несло в себе глубокий философский смысл. Оно выражало некое единство двух половин одного целого. Это было ещё не безликое множество, в котором теряется индивидуальность, но и уже не обособленная единица.
Но всё равно много остаётся неясным. Например, почему форму двойственного числа имеют существительные при числительных «три» и «четыре» — «два стула», «три стула», «четыре стула». А «пять стульев» — это уже множественное число. И неважно «пять» или «сто». Может, потому что количество объектов больше «четырёх» воспринималась уже как множество? Или просто ещё по инерции три и четыре объекта обозначались формой двойственного числа? Это одна из загадок, ждущая своего решения. Версии её решения есть. Но меня не устроила ни одна – уж слишком они надуманные и запутанные. Хотя, возможно, я к этому ещё вернусь.
А ещё занятный факт: в русском языке только у числительных «один» («одна») и «два» («две») есть мужской и женский род. Почему даже у «три» нет? Интересно поразмышлять, с чем это связано. А ещё, почему нет собирательных числительных женского рода? Только мужского. Мы можем сказать: «шли трое мужчин», но «шли три женщины». Так что загадок у числительных множество.