Накануне финансовое ведомство объявило, что прекращает публиковать ежемесячные данные о бюджетных расходах по статьям — останутся только общие цифры. Возможно, потому, что месяц назад СМИ из финансовой статистики удалось узнать об апрельском 130-процентном росте военных расходов.
В самом Минфине решение объяснили намерением сократить риски введения новых санкций.
Из публичного доступа были изъяты: информация о расходах бюджета по конкретным направлениям (включая разделы «Национальная оборона», «Здравоохранение» и прочие госпрограммы); уточненные цифры по исполнению бюджета за предыдущие месяцы; сальдо источников внутреннего и внешнего финансирования дефицита бюджета.
В релизе Минфина также нет данных по Фонду национального благосостояния (ФНБ), но, как уточняет «Интерфакс», их обычно публикуют отдельно до раскрытия информации об исполнении бюджета.
В опубликованных данных остались только совокупные цифры по расходам и доходам. Из них, в частности, следует, что профицит бюджета за январь—май 2022 года составил 1,495 трлн рублей. Данные за май засекречены. Между тем в апреле впервые был зафиксирован помесячный дефицит бюджета.
Нефтегазовые доходы бюджета в годовом выражении по-прежнему растут (+30%; 871,4 млрд против 617, 6 млрд рублей), но, если сравнить с предыдущим месяцем — динамика резко ухудшилась. Если в апреле 2022 года налоговые поступления от экспорта нефти и газа составили 1,8 трлн рублей, то в мае уже 871,4 млрд рублей.
А ненефтегазовые доходы (НДС, НДФЛ, налог на прибыль и др.) в мае продолжили снижаться в годовом выражении и составили 1,137 трлн против 1,215 трлн рублей в мае 2021 года (-6,4%).
«Засекречивание» минфиновской статистики продолжает тренд, начавшийся сразу после начала военной «спецоперации»: уже в марте ЦБ временно сократил объем раскрытия отчетности, публикуемой кредитными организациями, а затем приостановил ежемесячную публикацию информации о внешней торговле товарами по методологии платежного баланса.
А Федеральная таможенная служба в апреле перестала публиковать ежемесячную статистику экспорта и импорта России (последние данные доступны только за январь).
Аналитики ломают голову по поводу того, чем вызван новый взрыв статистической финансовой секретности. Особенно, учитывая тот факт, что речь идёт ни много ни мало, а о расходовании средств налогоплательщиков, причём, федеральное финансовое ведомство потратило немало сил и средств на продвижение концепции открытого бюджета.
Одно из напрашивающихся предположений, что расходы закрыты от публики прежде всего из-за одного раздела — «Национальная оборона».
И в самом деле, рост трат по этому разделу стал заметен уже в апреле в апреле, впервые с начала военной операции: месячные военные траты составили 627 млрд руб. против среднемесячных 351 млрд руб. в первом квартале (увеличение — в 1,8 раза). Сейчас подобных цифр нет.
Доходную же часть бюджета «ограничения распространения информации» затронули мало (закрыты только месячные показатели). Из доступных данных видно, как уже было сказано, что доля нефтегазовых поступлений в общей сумме доходов бюджета пяти месяцев выросла по сравнению с прошлым годом с 34% до 47%.
Таким образом, существенно выросла зависимость госказны от налогов и пошлин с добычи и продажи нефти и газа. Но, похоже, возрастающие размеры «нефтяной иглы» вряд ли сейчас тревожат российские власти. Даже официально они ожидают, что профицит в размере 1,495 трлн руб. по итогам пяти месяцев к концу года сменится дефицитом, который составит минимум 1,6 трлн руб.