В минувшее воскресенье православные праздновали Троицу (Пятидесятницу). Троица — самый мощный праздник, он какой-то мужской, крепкий, без лирики. Пасха — она как взрыв, как хлопок, раз — и уже кончилась, Вознесение легко и быстро, а вот Троица — густой праздник, завязаешь в его церковности, как в траве под ногами во время каждения.
На всенощной заметил несколько ярко-желтых одуванчиков среди зеленой травы на солее[1]. А утром на ранней, когда говорил Великую ектенью[2], вдруг увидел, что ярко-желтые одуваны за ночь стали совсем белыми, именно такими, чтобы можно было взять и дунуть, пуская кому-нибудь в лицо легких парашютистов. Но — некому, да и не место.
Зато все остальные шесть часов службы ходил по солее очень аккуратно, чтобы не раздавить эти одуванчики. Только отец, вышедший на заамвонную молитву[3] вниз, к народу, по возвращении наступил на один из них ногой. Он был далек от одуванов, на которые я смотрел всю службу. Хотя, конечно, лучше бы я в служебник[4] смотрел.
На Троицу есть одна хитрость — на всенощной почти не пахнет праздником, зато если прийти пораньше утром, то можно почувствовать, как за ночь настоялся храм, как он весь пропах немного подопревшей травой, немного засыхающими березами. Это один из самых дорогих моментов, потом уже к поздней пришедшие люди почувствуют смесь запаха ладанов, травы, людей, духоты, парафина. А вот рано утром — самое то.
Троица — самый мощный праздник, он какой-то мужской, крепкий, без лирики. Пасха — она как взрыв, как хлопок, раз — и уже кончилась, Вознесение легко и быстро, а вот Троица — густой праздник, завязаешь в его церковности, как в траве под ногами во время каждения. И служишь, и служишь, а еще впереди маячит и Великий прокимен[5], и молитвы. Еще будучи алтарником, помню, как краем глаза из алтаря увидел полный храм народа на коленях, весь храм, вся церковь застыли, завязли в этой троицкой церковности.
Поэтому так хорошо к Троице подходит Лавра, это «Придите Триипостасному Божеству»[6] Мормыля, его же хором исполняемое. К Троице не подходит партесное пение, не подходит какая-то спешка или какие-то яркие краски и запахи. Троица — это древний, могучий праздник, праздник, в который рождается Церковь. Ведь никто не понимал из учеников тогда, в горнице, какое космическое событие совершается; представьте себе — ведь они были простые люди, без образования — и тут вдруг им ниспосылается Святой Дух. Вряд ли они тут же поняли — «о, прияхом Духа небесного, обретохом веру истинную![7]», зато, думаю, немало удивились тому, что их начали понимать люди, говорящие на других языках. Это сейчас, во время, когда каждый владеет, по крайней мере, парой языков, не понять, наверное, что означала для учеников и для окружающих их людей эта возможность быть понимаемыми не только своими соплеменниками.
И вместе с этим какая-то детская наивность, может быть, даже странная легкость тропаря — не про Святую Троицу, не про Церковь, а «теми уловлей вселенную»[8], то есть, говоря по-русски — учениками поймав мир. Тропарь праздника вообще звучит странно простецки на фоне канонов[9] праздника, это ведь так просто не поймешь — «Баню Божественную пакибытия словом растворив, сложенное естество, дождоточиши ми струю от нетленнопрободеннаго Твоего ребра». А тропарь — прост и легок, как дуновение ветра. И в этом тоже что-то есть. Вообще, если Пятидесятница — день рождения Церкви, то богослужение, его настрой — самый для этого подходящий. Жизнь в Церкви не поймешь, пока не нырнешь в нее с головой. Не только щиколотки омочить, но полностью, по макушку в Церковь погрузившись, можно понять всю ту удивительную глубину и мощь, только так можно завязнуть в Церкви, здесь, для того чтобы вынырнуть уже где-то там.
С днем рождения!
Впервые опубликовано 28 мая 2007 года
[1] Солея — возвышенная часть пола перед иконостасом.
[2] Ектения (греч. "тянуть") — молитвословие, начинающееся с призыва к молитве и состоящее из ряда прошений и заключительного возгласа, прославляющего Бога. Великая, или мирная, ектения — наиболее полная.
[3] Заамвонная молитва — читается священником или архиереем в конце литургии лицом к алтарю перед амвоном.
[4] Служебник — богослужебная книга, предназначенная для богослужения священника и диакона.
[5] Прокимен великий — краткое изменяемое молитвословие, состоящее преимущественно из строк псалмов, возглашаемое священником или диаконом на вечерне.
[6] «Придите Триипостасному Божеству» — песнопение, исполняемое в навечерие Пятидесятницы (Троицы).
[7] «Мы приняли Духа небесного, обрели веру истинную» — слова из литургии.
[8] Тропарь — краткое песнопение, посвященное празднику, святому или данному богослужению.
[9] Канон — жанр церковной гимнографии: сложное многострофное произведение, посвященное прославлению какого-либо праздника или святого, входит в состав богослужений.
Следите за обновлениями сайта в нашем Telegram-канале