Слабый, страдающий ревматизмом ребёнок, Антонио Гауди рано открыл для себя мир фантазий, научился внимательно наблюдать и понимать язык природы. Ещё в детстве Гауди всерьез увлекся ботаникой. Он искренне интересовался растениями и насекомыми, их опыляющими.
Своё финальное школьное сочинение испанский архитектор посвятил пчёлам. Позже его первым учебным проектом в Барселонской школе архитектуры стали ворота кладбища, которые должны былы отделить мир мёртвых от мира живых.
Ненависть к обыденности
Гауди просто ненавидел замкнутые и геометрически правильные пространства, а стены доводили его до сумасшествия. Он избегал прямых линий, считал их порождением человека, а круги для него были порождением Бога.
У Гауди были разные глаза: один — близорукий, другой — дальнозоркий, но он не любил очки и говорил: «Греки очков не носили». Может быть поэтому привычные для всех архитекторов чертежи у Гауди выглядели несколько иначе. Все свои проекты Антонио создавал в виде своеобразных макетов, которые с помощью зеркал превращались в трёхмерные модели.
Любовь всей жизни
Гауди никогда не был женат. За всю жизнь Гауди известна только одна женщина, которой архитектор оказывал знаки внимания. Жозефина Моро, работавшая учительницей в рабочем посёлке. Она не ответила взаимностью, и Гауди с головой ушёл в католичество. В молодости архитектор был рьяным антиклерикалом, носил дорогую одежду, следил за внешним видом. Последние годы зодчий провёл, как отшельник, полностью направив все свои силы и энергию на создание бессмертного Собора Святого семейства.
Талант во всём
Гауди проектировал не только здания, но и удивительную мебель, причудливые решётки оград, ворот и перил. Своё поразительное умение мыслить и чувствовать в трёх измерениях объяснял наследственностью: отец и дед — кузнецы, один дед матери — бондарь, другой моряк — «люди пространства и расположения». Его отец был медником, и этот факт, несомненно, оказал влияние на пристрастие Гауди к художественному литью. Многие поразительнейшие творения Гауди сделаны из кованого железа, зачастую его собственными руками.
Его собственными руками, совместно со столяром-краснодеревщиком Жуаном Мунне была также сделана садовая скамья из искусственного камня. Она была предназначена для парка Гуэль. В оригинальном дизайне этой уникальной скамьи сочетается всё, что вкладывал Гауди в каждый свой труд: тут вам и необычные пропорции, и плавный рисунок линий, навеянных органическими формами.
Саграда Фамилия
После нелепой смерти в 1926 году 73-летнего Гауди похоронили в крипте Саграда Фамилия. Строительство собора не оборвалось, однако темпы заметно снизились. А в 1936 году в Испании разгорелась война, и строительство ненадолго прервалось. Оно продолжилось через 20 лет и происходит до сих пор.
Оруэлл считал творения архитектора самыми уродливыми сооружениями в мире, а торчащие шпили злорадно называл бутылками портвейна.
Сальвадор Дали, наоборот, восхищавшийся работами архитектора, даже организовал в 1956 году в парке Гуэля чествование Гауди. Это позволило собрать дополнительные средства на продолжение строительства Саграда Фамилия. Любовь всей жизни Гауди продолжает жить.