«Мы…привыкли воспринимать следы возраста на лицах женщин как изъян, а на лицах мужчин – как свидетельство индивидуальности.
Но если бы мужчины призваны были служить «украшением», а период юности рассматривался бы как пик их привлекательности, то «выдающийся и знаменитый» мужчина средних лет выглядел бы в наших глазах шокирующее плохо… Мужчины умирают один раз, в то время как женщины умирают дважды. Прежде чем умирает их физическое тело, они умирают как красавицы».
«Мужчин сексуально возбуждает вид женского тела и в значительно меньшей степени – личностные качества женщины, потому что их с детства приучают к такого рода реакции.
А женщины слабее реагируют на визуальные стимулы и сильнее – на эмоциональные, потому что их воспитывают так.
Подобная асимметрия в сексуальном воспитании поддерживает власть мужчин, заложенную в мифе о красоте: они смотрят на женские тела, оценивают их и идут дальше, а на их тела не смотрят, их не оценивают, не принимают и не отвергают… но даже если тебя определенным образом воспитали, это не значит, что ты не можешь отказаться от ранее выученных уроков.
Женственность и женская сексуальность прекрасны. В глубине души женщины давно это подозревали. В этой своей сексуальности женщины красивы, великолепны, потрясающи. И очень многие мужчины чувствуют это.
Мужчина, который действительно любит женщину, восхищается теми следами, которые оставила жизнь на ее лице еще до встречи с ним…Таких мужчин гораздо больше, чем мы думаем, хотя массовая культура пытается внушить нам обратное». – Наоми Вульф, «Миф о красоте»