А? – переспрашиваю я. – Это что значит? Я этого и не слышала». ⠀ «Ну смотри, это же пшеницу надо пахать, сеять, косить, а потом еще и продать! Вот когда продал пшеницу, то и спишь крепко-крепко, потому что вся работа сделана. ⠀ О-о. Пополняю копилку крылатых изречений в своей голове. ⠀ Сидим за столом с родными, пьем чай с молоком, закусываем печеньем, что мама моя испекла. А я без настроения. Может, гормоны, может, не с той ноги встала. Сижу себе и думаю, а что, если мой ребенок меня любить не будет (ну глупо, да?). Делюсь мыслями с сестрой. ⠀ «У нас в одном селе, – начинает она рассказ, – есть семья. Они переселенцы, из Крыма или из Донбасса, я этого не помню. А в деревне много домов покинутых, они и заселились в одну. Там детей штук пятнадцать. Мать там сама, мужа нет. Причем рожает она лет с шестнадцати, потому что у нее и внуки есть, а она до сих пор рождает. Там мамка – криминал, пиво-сигареты. И, значит, была в школе какая-то комиссия, и отметили тех детей как неблагополучных
«Спит, как пшеницу продала!» – сестрин мужчина, высоченный черноволосый дядя, завороженно смотрит на спящую Настуню.
11 июня 202211 июн 2022
86
1 мин