Встречались вам самоуверенные молодые люди, которые «всё знают»? Их, как правило, не переубедишь, потому что невозможно.
Один из таких рассуждал про демократию, про то, что без свободы человек превращается в осла.
Посмотрел на меня и спросил: «Что вы можете сказать про СССР? Впрочем, заранее знаю, что скажете, вы же тогда родились и выросли. Не можете не хвалить».
Это значит, что нечего со мной разговаривать. «Совок» - вот слово.
И много – про репрессии и прочее. Про угнетение, про жестокость власти и подобное. Знаете, что в таких случаях говорят?
Ответил, что это я не желаю с ним общаться, потому что не люблю узость, не выношу теоретическую самоуверенность и отрицаю плоское мышление.
Ушел. Наверное, на меня его родители обиделись. Но было все равно.
Долго ждал троллейбуса – время вечернее. И раздражение ушло. Не было даже душевной усталости.
Почему-то вспомнил отца. Он не дожил до пенсии пару лет. Так случилось. И про мать тоже думал. Мы в далеком семьдесят первом переехали на Урал. Родители устроились в ЖКХ, или как это раньше называлось?
Через полгода матери выделили комнату в коммуналке. До этого снимали. Приятно было открывать и закрывать кран. В селе ничего подобного не было. А еще центральное отопление вместо печки, и газовая плита.
Прошло время, и маме дали квартиру. Бесплатно. Перед пенсией она съездила как турист в Москву и в Питер. Побывала на Черном море, посетила Среднюю Азию. И все за счет профсоюза.
А еще размышлял про себя. Нас трое. Учились в сельской школе. И все получили образование. Приехали на вступительные экзамены, сдали без блата и без репетиторов. Да и у родителей не было денег на это.
Получишь диплом – распределение. Лучшие места получали те, кто хорошо учился. Я заканчивал заочно. Работал и учился. Не было такой проблемы, как работа.
Где-то рассказывал, что мой дед ушел на пенсию в шестьдесят лет. Ни дня лишнего. Начислили шестьдесят рублей. И они с бабушкой жили на эти деньги. И им хватало. Не боялись, что цены завтра вырастут. Стабильность была.
Не хочу касаться политики – Бог с ней. Пусть историки разбираются. Это не мое дело. Но я не боялся завтрашнего дня, не тревожил он меня. Как и всех, наверное.
Зависти не было. Откуда ей взяться? Мы тогда не знали, кто такие олигархи с яхтами и дворцами. Откуда – зависть?
Вроде успокоился после встречи с молодым нахалом. Но внутри все-таки что-то давило.
В вечернем троллейбусе ехали молодые родители. Ребеночек на руках у отца. Совсем крошка. Взглянул на меня, улыбнулся. Знаете, что такое детская улыбка?
У меня пару раз такое было. Рассказывал где-то. Улыбнулся ребенок, и по душе очищающей волной прокатилась нежность. На сердце сделалось теплее.
Ну, их – молодых самоуверенных людей! Было мое детство. Была моя юность. Все это было со мной.
Только одного хочется: пусть ребеночек вырастет и проживет достойную жизнь. Чтобы никто не мог его укорить тем, что он жил «не в той стране» и не в то время.
Вам – здоровья, вашим детям и внукам – счастья!