Тодд Филлипс 8 июня опубликовал фото обложки сценария "Джокер: Безумие на двоих" (Joker: Folie à deux), продолжения его хита 2019 года, который триумфально прошёлся в прокате и подарил Хоакину Фениксу заслуженного актёрского Oscar. Тогда я фильм сильно недооценила. И сегодня, прочитав новость, решила исправить ситуацию, отдать фильму должное. И ведь есть за что.
Мой флэшбек о Тодде Филлипсе
И потом, когда речь заходит о Тодде Филлипсе, я всегда вспоминаю первую историю, которую узнала про него, когда познакомилась с его творчеством.
Речь идёт о его первом документальном фильме 1993 года Hated: GG Allin and the Murder Junkies ("Ненавистный: Джи Джи Аллин и наркоманы-убийцы"). Он посвящён жизни и смерти скандального панк-рокера Джи Джи Аллина. Тодд снял фильм, когда учился на первом курсе NYU (Нью-Йоркского университета). Hated стал одним из самых кассовых студенческих фильмов того времени, получив ограниченный прокат в кинотеатрах. Филлипс написал письмо осуждённому серийному убийце Джону Уэйну Гейси, знакомому Аллина, с просьбой нарисовать постер к фильму. Филлипс заявил, что "Гейси действительно является исполнительным продюсером" фильма, собрав 10 000 долларов от продажи копий своих работ. Когда я узнала, что Тодд Филлипс способен на такие экстравагантные творческие поступки и потом выдаёт неординарные фильмы, я восхитилась им. И поняла, что его фильмы нужно смотреть.
Общее настроение фильма Joker 2019
Проект Тодда Филлипса "Джокер" (Joker) 2019 года сделан удивительно аккуратно, добросовестно и внимательно. В нём выверена цветопередача, планы построены так, чтобы держать внимание зрителя без отключения от событий – с самого начала нам дают понять, что всё происходящее будет только выглядеть одним, а являться другим.
Зрителя посвящают в отрезок жизни неблагополучного Артура Флека, который с горечью принимает правила игры, соглашаясь с тем, что он болен – прямо говоря, что он всегда был таким (а именно - травмированным). По сути, начальная сцена и финальная об этом говорят. Я говорю о моментах, когда Артур едет в транспорте. В начале фильма он возвращается с работы в автобусе – он без грима, его лицо печально, улыбаться нет причин. В конце фильма он едет из студии в полицейском авто, он в гриме и ярком костюме. Он улыбается сам, впервые естественным образом за весь фильм, глядя на то, что спровоцировано его преступлением.
Это в некотором роде цитируется строчка из песни группы Queen 'Show must go on': …..another mindless crime. И, если ещё глубже уходить в анализ этого бездумного преступления, то и поступок Артура оказался следствием отношения его матери к нему. Она, всю жизнь называя его Happy (Счастье), делала всё, чтобы он и не знал определения этого слова, понятия. Полиция обнаружила его прикованным к батарее с травмой на голове. Что можно было ожидать от повзрослевшего Happy? Довольно логично, что в финале фильма он ненатужно улыбается именно при виде хаоса на улице, не снимая “маски”.
Баланс реальности и иллюзий в фильме
Тодду Филлипсу в своём фильме удалось сохранить комиксовую эстетику и мрачность историй вселенной DC.
Одна из главных тем фильма – слабеющее понимание Артуром реальности. На это намекает эпизод, в котором Пенни и Артур смотрят его любимого ведущего ток-шоу Мюррея Франклина. Это первый образ его ухода от реальности. Наблюдая за шоу, Артур фантазирует о том, что его пригласили на съёмочную площадку, и Мюррей выводит его на сцену.
При этом внезапно сменяются цвет и освещение. До его фантазии Артур всё ещё окутан голубым светом от телевизионного экрана, но в этой сцене используется более тёплое освещение, которое не такое резкое или изолирующее. Тонкие тональные сдвиги используются для того, чтобы сигнализировать о том, что это не реальность: всё не так, как кажется. Камера выделяет его из толпы, что подчёркивает его отстранённость, “невидимость” в повседневной жизни. Точно так же, когда его приглашают на сцену и Мюррей обнимает его, камера кружится вокруг них, что ещё больше усиливается бликами объектива и отражающимся от них светом студии. Это создаёт атмосферу, далёкую от суровой реальности фильма, которая тонко сообщает зрителям, что эта мнимая счастливая встреча лишь в голове Артура.
Мне показалось, что по стилю построения планов, их композиции и цвету, оператор Лоуренс Шер работал как Бруно Долльбонель у братьев Коэн на проекте “Внутри Льюина Дэвиса”. Отличие заключается в цветопередаче – Делльбонель выбрал серый цвет основным для передачи печали главного героя, а у Шера целая палитра тёплых оттенков, рисующих нездоровое сознание Артура Флека, его вымышленные реальности и суровый быт в грязном Готэме. Здесь также есть целенаправленный свет на объект и затемнения по периметру, скрывающие посторонние предметы.
В одной из сцен увидела привет Мартину Скорсезе, когда Артур нелепо игрался с подаренным Рэндаллом пистолетом. Артур освещён полностью, а стены комнаты в затемнении. Так создаётся то самое ощущение – его желание быть замеченным, стать артистом, попасть в центр внимания. Ирония заключается в том, что он в центр внимания попадает в конце фильма – с кровавой улыбкой на капоте автомобиля.
Образ Артура Флека
Первое знакомство с "Джокером" Филлипса – это не пышное супергеройское вступление, вызывающее мурашки забористым музыкальным битом и эффектным пластичным красавцем в костюме. Напротив, перед нами тихий человек, он ещё не превратился в криминального вора в законе. Скорее, это первый взгляд на человека в маске клоуна, Артура Флека, он жалок и полон печального понимания его обстоятельств. Первый план -это тот, на котором он запечатлён в полутёмной комнате, а затем - крупным планом зритель видит его отражение в зеркале, как он пытается выдавить улыбку, то есть, иными словами, "натянуть счастливое лицо" (put on a happy face).
Зрителя с главным героем знакомят со спины, камера плавно наплывает через гримуборную на его сутулую спину, лишь смутно отражая в зеркале лицо. Само лицо в гриме, здесь это как символ меченого человека, он не как все. Ему, чтобы улыбнуться, недостаточно естественных раздражителей, для этого нужна физическая сила. Вся неправильность и искалеченность относительно Артура Флека передаётся за несколько коротких мгновений – он растягивает пальцами губы до подобия улыбки – и нам понятно, что 'my make up may be flaking, but my smile still stays on', то есть как в песне: "пусть макияж течёт, но улыбка остаётся на месте". Вся его жизнь – это попытка существовать, желание быть замеченным (не для побоев, а действительно реакции на шутки без агрессии).
Затем зрителя проводят по внешней стороне его мира. Это грязный, охваченный преступностью Готэм-Сити, где Артур сливается с толпой людей. Когда он выполняет акробатические трюки в качестве клоуна, держа плакат, несколько детей крадут его, и их погоня заканчивается тем, что Артур получает сильные побои, которые укладывают его на землю.
Артур Флек похож на сломанную марионетку с вывернутыми не в ту сторону суставами, всклокоченными волосами и смазанной краской на лице. Это не от времени (оно для него остановилось), а от внешнего воздействия, потому что Готэм сбился с пути. Опять прослеживается этот мотив искусственности эмоций. Артур - клоун, у него есть грим, который должен вызывать эмоции - смех и радость, но получается только противоположная история.
В начале фильма на приёме у социального работника можно увидеть часы над входом, показывающие 11 часов 11 минут. Такое же время показывают часы во флэшбеке, в котором Артур бьётся головой об стену в смотровой комнате психиатрической клиники, где его лечили. Мне показалось, что этим как раз и подчёркнута остановка его времени, он застыл в состоянии иллюзий, несбыточных мечт о карьере эстрадного комика, полноценной личной жизни и внимания без побоев и насмешек. Словно про него: “Целым был и был разбитым, был живым и был убитым”, поётся в песне, хотя группа "Сплин", конечно, об этом и не думала.
Хорошее решение, чтобы начать фильм именно с этого ракурса на главного героя, поскольку он наиболее точно показывает масштабы мира Артура, заставляя зрителя сочувствовать ему из-за суровых обстоятельств, в которые он загнан. Зритель не будет поддерживать его злодейских намерений, зато будет понимать, откуда они исходят.
Технически построение страшной реальности было выполнено с помощью разных типов объективов. Камера, на которую снимали Артура как часть общей толпы, была длиннофокусной. А, чтобы показать уязвимость Артура, лежащего на асфальте, оператор перешёл к широкоугольному объективу. Идея состоит в том, чтобы вовлечь аудиторию в ментальное состояние главного героя в уязвимые моменты.
Эстетика комиксов в фильме “Джокер”
Классическая история Алана Мура 1988 года Batman: The Killing Joke ("Бэтмен: Смертельная шутка") послужила ключевым источником вдохновения для сценария "Джокера", в котором главный герой изображается как неудавшийся комик.
Оператор и планы строит похожими на комиксовые развороты с панелями и канавками. Например:
- на экране довольно часто встречаются надписи в рамках, да и сам Артур в начале зазывает в магазин, крутя картонную надпись в руках Everything must Go, более того, потом в письме матери для Томаса Уэйна есть несколько подчёркнутых фраз (это так называемый 'звуковой эффект' для обозначения особого смысла реплики в “пузыре”);
- Артур часто оказывается помещён в некие рамки – между двух зданий, между декором на стене, в дверном проёме, особенно ярко смотрятся ракурсы с лестницами, явнее всего отсылающие к комиксовому развороту;
- движения Артура, его мимика, жесты очень гротескные, нарочитые, они словно застывают в стоп-кадре, как на рисунке. Чтобы развить своего героя, актёр изучал движения звёзд немого кино и пугало Рэя Болджера из "Волшебника страны Оз”, что вдохновило его на "очень жуткий танец, который так остро выражает личное безумие Флека". Это всё отсылает к рисованной истории.
Я считаю, классный ход. Тем не менее, режиссёр Тодд Филлипс не подходил к фильму по шаблону адаптации комиксов, скорее, он попытался представить повествование как психологическое исследование глубоко травмированного человека. Поэтому для него было крайне важно создать визуальный ориентир, который помог бы познакомить зрителей с новой стороной Джокера. Учитывая, что зритель уже знает, как сложилась его судьба, идея оператора Лоуренса Шера заключалась в том, чтобы зрители увидели героя таким образом, чтобы одновременно сочувствовать ему и при этом понимать, что он чрезвычайно опасен.
Хотя Филлипс не полагался полностью на сюжеты комиксов для создания своего фильма, взяв лишь один за отправную точку, единственное, чему они с Шером пытались подражать, - это выразительный стиль повествования. Поскольку комиксы - это рисунок, движение там условное, ставка делается на передачу эмоций с помощью цвета и его насыщенности, прорисовку линий и разных эффектов. Шер использует аналогичный метод в фильме. Моменты, когда Артур уязвим, представлены таким образом, что зрители погружаются в его мысли и видят вещи с его точки зрения.
Пример построения плана в стиле комикса
Рассмотрим сцену, в которой Артур убегает через станцию метро и бежит в туалетную комнату после того, как застрелил трёх парней, сначала пристававших к девушке, а потом переключившихся на него.
Когда он переводит дыхание в захудалом туалете, камера сначала перемещается вокруг него, чтобы показать масштабы нищеты вокруг него, а затем останавливается на зеркале напротив Артура, показывая нам его отражение. Пока он танцует и раскачивается в такт музыке, мы становимся свидетелями появления нового, более мрачного героя внутри Артура, а именно Джокера. Идея демонстрации танца Артура через отражение в зеркале заключается в том, чтобы поставить нас на его место и превратить его в отражение самого себя. При просмотре вечернего шоу он сам представлял себя его участником, а в этой сцене в отражении в зеркале мы видим его Джокером своими глазами. Мы видим только то, чего он хочет от нас, и как он хочет, чтобы мы это делали.
Любопытно, что изначально по сценарию Артур просто бежит в туалет, прячет пистолет и умывается. Филлипс в этот момент включил музыку композитора Хильдур Гуднадоттир во время съёмок, а Феникс начал делать танцевальные движения, и группа продолжила снимать. В итоге скупая сцена стала насыщенной и более интересной, такой, как описано выше.
Заключительные тезисы о стиле и смысле
Выразительное использование немых сцен и широкоугольных крупных планов, которые почти имитируют стиль и ощущение натюрморта, должно передать такое же ощущение живого повествования, как и в комиксах. Поскольку камера время от времени приближается к Артуру или отдаляется от него, эффект заключается в том, что она документирует эмоциональное состояние героя, не изображая никаких видимых движений или не включая никакого диалога. Длиннофокусные линзы, которые используются, чтобы показать жизнь Артура в городе, служат аналогичной цели визуального ознакомления с бедностью и отчаянием жизни в Готэме.
Это невероятно тонкая режиссёрская работа Тодда Филлипса в совокупности со сценарием Скотта Сильвера и операторской работой Лоуренса Шера. Их творческий подход сделал простую по сути историю выразительной. Ведь суть сюжета сводится к тому, что самого Артура били постоянно, но ни разу это не попало в новости, а про богатых начали писать в газетах и искать виновного. “Вы видели, что там в реальном мире, Мюррей? Вы выходили из студии?” Да, и так Филлипс умудрился сделать финал более-менее положительным. Он добавил свет в конце тоннеля. Пусть даже вместо тоннеля – коридор в Аркхэме.
В начале фильма Артур едет в автобусе без грима, он печален, смотрит в никуда. В середине фильма он говорит матери в палате, что всегда был таким.
В больничной палате Артур озвучивает свои неуходящие мысли, втолкованные с побоями и нездоровой любовью: “Ты говорила, что мой смех – это расстройство, со мной что-то не так, но я на самом деле такой. Я думал, что моя жизнь – трагедия, а это долбаная комедия”.
В конце фильма сцена из начала повторяется: Артур едет в такси, он в клоунском гриме. Улыбается. Идеально выбранная последовательность срабатывает, зритель верит в то, что перед нами жертва обстоятельств. Артур Флек всегда был “таким”, вот он, долбаный комедиант, шутник.
Дополнительно классно то, что в фильме, где веселье висит на волоске и много грима, нет прямого звучания песни Show Must Go On. Она цитируется тут именно самим макияжем и неестественным вымученным (в прямом смысле слова) смехом Артура Флека. А ещё её можно распознать в финальной какофонии звуков и шума толпы. Когда Артур танцует на капоте автомобиля с кровавой улыбкой. Музыка еле различима, но от того звучит невероятно выразительно.
Отсылки в “Джокере”
Zorro The Gay Blade (Зорро, голубой клинок, 1981). В этом фильме Питера Медака поднимается тема бедных и богатых в 19 веке, как один человек занимает высокое положение, на пути встают политические разногласия, имеющие значение при построении отношений. Также в качестве усиления смыслов в повествование вводятся маски и бал-маскарад, делящие публику на категории. Думаю, что короткое упоминание комедии 1981 года в “Джокере” служит декоративным элементом, который тоже носит “маски”, а действие в фильме сводится к хаосу и неразберихе в борьбе за справедливость.
Modern Times (Новые времена, 1936). Трагикомедия Чарли Чаплина тоже появляется мельком в повествовании. Её упоминают в сцене, когда Артур пытается открыть Томасу Уэйну в кинотеатре, что знает его историю – о романе с Пенни Флек тридцатилетней давности. У Чарли Чаплина герои искали счастья, хотели улыбаться и радоваться через лишения и боль. Та же тема прослеживается и у Тодда Филлипса.
"Просто тяжело быть постоянно счастливым" (с)