«Он оставил букетик ландышей в рюкзаке. И вспомнил случайно. На взмахе руки и чертыхании — «ах, ты! зааабыл..» — изъял из недр сумки. И вручил даме.
Букет не пострадал, от таскания и томления долгого в теплом, смятом пространстве. Нитка толстая синяя, перевязавшая тьму почти прозрачных, едва зелёных, водянистых стеблей не дала распасться и обвянуть собранному. Тётка, которая ландыши и продала, накосила урожай краснокнижных приличный. Даже, с нераспакованными бубенчиками были связки, но он потребовал распустившийся. Вдруг, принесёшь, а они так и останутся скукоженными — словно комочек риса — на веточке. Ни запаха, ни красоты.
Первая неделя июня — или крайние дни особо тёплого мая — ознаменуются обычно товарками на перекрёстках. Суровый — и опасный! — заработок вознаграждается ещё и озарением лиц детскими улыбками. И восторгами: «Как пахнет!» Мужчины торопятся порадовать любимых женщин. Ещё несколько дней и тётеньки с ворохом букетиков исчезнут. Гонимые «природоохраной» и скудными полянами в лесах. Успеть бы — и в этом году — принести свежести и дивного аромата в быт.
Женщина в доме засновала, в поисках вазочки. Приглядела подходящую и, налив воды до половины, сунула цветы «попить». Пристроила на нежаркое место в комнате. Долго глядела на снежно-белые — будто из крошки мраморной — соцветия. Принюхивалась издали. Вбирала ноздрями не только лишь струю плотную, насыщенную, со стороны стаканчика. Но и окружающее — полное тайн и обещаний! — пространство. Различала давнее и вчерашнее, канувшее и грозящее. Улыбалась себе самой и тихой внезапной находке судьбы.
А он пялился в футбол и обмякал сердцем. «Довольна. Ну, слава Богу!..»»