Текст Ирины Никитиной. Мичман был большим, медлительным и очень добрым. Он любил людей, и люди чувствовали это и, не боясь, трепали его по лохматому загривку. Дети его обожали, и он платил им тем же. Он с готовностью подставлял спину, когда малышня просила прокатиться, и с радостью изображал из себя лошадку. Ну а центром его вселенной был хозяин, добрый и все понимающий. Мичман был ньюфаундлендом, или иначе – водолазом. Черного цвета шерсть цеплялась повсюду – и дома, и на улице. Хозяин вычесывал его, а потом вязал из его шерсти носки и рукавицы. И Мичман всей своей собачьей душой радовался, когда в холодные зимы хозяин надевал вещи, связанные из его шерсти. Добрые карие глаза взирали на мир с любопытством. Мичман очень любил путешествовать, в дороге он вел себя достойно, и хозяин всегда брал его с собой на дальнюю рыбалку. Вот там он отрывался по полной, куда только медлительность его девалась. А в городе они подолгу гуляли в окрестностях пятиэтажек, расположенных рядом с домом, где