Вчера откопала фотографии, которые делали с чудесной Ариной на скалодроме в конце февраля. Парень Арины тогда был на границе с Украиной, на связь выходил редко. И напряжение висело в воздухе. Это было 17 февраля. Когда Арина прислала фотографии, война уже началась, и было все равно, не хотелось ничего выкладывать. Но теперь прошло больше трех месяцев. Прошло сто дней. Почти треть года. Все устали от страха, безысходности, отсутствия веры в лучшее, невозможности строить планы. И я устала. И вчера я достала эти фотографии. Они такие классные. Будем ли мы когда-нибудь просто жить? Смотреть на свои красивые снимки, выкладывать их и не думать о том, что наверное это неуместно, когда твоя страна ведет войну...
Вчера откопала фотографии, которые делали с чудесной Ариной на скалодроме в конце февраля. Парень Арины тогда был на границе с Украиной, на связь выходил редко. И напряжение висело в воздухе. Это было 17 февраля.
Когда Арина прислала фотографии, война уже началась, и было все равно, не хотелось ничего выкладывать.
Но теперь прошло больше трех месяцев. Прошло сто дней. Почти треть года. Все устали от страха, безысходности, отсутствия веры в лучшее, невозможности строить планы. И я устала. И вчера я достала эти фотографии.
Они такие классные.
Будем ли мы когда-нибудь просто жить? Смотреть на свои красивые снимки, выкладывать их и не думать о том, что наверное это неуместно, когда твоя страна ведет войну...