13 июля 1504 года на обширных лугах Альтдорфа канониры Рупрехта фон дер Пфальца Добродетельного, принца-епископа Фрайзинга, произвели множество залпов, но сражения за Ландсхутское наследство не выиграли.
Вместо этого одним из выпущенных в противника ядер они изменили жизнь человека, ставшей яркой страницей, а то и не одной в истории Германии. Легендарная эпопея "Железной руки" выходила на качественно новый виток. Она начиналась, а вот новелла о стремлении к благородным подвигам молодого рыцаря окончилась, едва начавшись.
Гец фон Берлихинген не мог стать никем иным, кроме как воином. Ну, может, еще монахом. Но это если бы по наущению Окаянного в один момент его обе руки отвалились разом, а к ним тут же присоединились и ноги. И то не факт.
В этом роду франконских дворян мужчины становились только солдатами и никак иначе. В 1480 году ряды швабского рыцарства пополнились мальчиком Готфридом, рождившемся в Ягстхаузене, что в современной Земле Баден-Вюртемберг.
Род фон Берлихинген был как славен, так и беден. Боевит, но бесперспективен. Киллиан, многодетный отец, для начала пристроил десятого в семье ребенка в местную монастырскую школу. Там будущий воин провел 8 лет, но ряса и науки не пошли ему впрок. Вот драки, так то другое дело. Тут он был первый.
Дядя Конрад вложил в племянника душу, опаленную бесконечными войнами, всю без остатка. Как результат, он вырастил из него целеустремленного солдата, в ранце которого лежал маршальский жезл. Смыслом его стал путь рыцаря, то есть европейского самурая, а задачей - мечом и служением проложить дорогу к славе, власти и деньгам.
Нормальная практика, когда одни дворяне поступают на службу к другим, становясь их вассалами. Задача здесь одна - завоевать верностью и службой возможность самому стать сюзереном. Право на это у него было с момента рождения, а вот денег и положения, увы, нет. Начинать приходилось с должности оруженосца у уже прославленного рыцаря. Труд и отвага вели к Золотым шпорам - символу благородного, а главное, почти суверенного воина.
Так в пятнадцать лет Гец поступил в оруженосцы к маркграфу Фридриху IV Бранденбург-онольцбахскому. Однако здесь возможностей для молодого рубаки было мало. Сюзерен воевать не особо стремился, вот и перспектив для вассала не было.
Примерно в 1502 году или от скуки, или от жажды денег, а скорее от переизбытка неуемного желания послужить мечом, Гец фон Берлихинген, Имперский рыцарь с 1497 года вместе со своим старшим братом Филиппом стал практиковать бандитизм в компании с известным раубриттером Гансом фон Массенбахом, известным как Талакер. а также Черный пес.
На протяжении двух лет личный вассал императора Священной Римской Империи занимался разбоем на тех, кто побогаче, и отнюдь не в пользу тех, кто победнее. Все это могло кончиться довольно плохо.
Однажды их обложили солдаты Швабской лиги, которой разбои Черного пса стояли поперек горла. Их спас еще один дядя - Нитхард фон Тюнген, который укрыл племянников в своем замке, а позже по блату пристроил Готфрида на приличную войну. Случилась она в 1504 году за Ландсхутское наследство.
Гец фон Берлихинген пошел на службу к Альбрехту IV Мудрому, впоследствии ставшему герцогом Баварским. Оно и понятно, он там, где война. Тем более что на этой стороне был его сюзерен - Император Священной Римской Империи Максимилиан I.
О чем думали в то утро канониры Рупрехта фон дер Пфальца, сказать сложно. Вероятно, что-то о том, чтобы пушка не подвела, или нечто похожее на "лучше насмерть, чем калекой.".
Размышлял ли о подобном молодой рыцарь Гец фон Берлихинген или нет, сказать сложно. Ну, может о "ранце" и "жезле" хотя это было позже и во Франции. Ну да, что-то похожее вполне возможно.
Однако после того, как ядро почти оторвало правую кисть, а потом полковой мясник "оттяпал" руку, прихватив аж часть предплечья. Грезы о славном служении Императору уступили место отчаянию.
И его можно понять. Одно дело из всех путей выбирать путь, ведущий к смерти, совсем другое - потерять сам Путь, утратив часть себя, в том числе буквально. Позже он писал, что стал мечтать о смерти, когда заперся в родовом замке Ягстхаузене и пил месяцами напролет.
Зачем ему, двадцати пятилетнему, пусть и заслуженная Золотая шпора, когда у него нет правой руки. Есть мнение, что именно в этот период отчаявшийся и вечно пьяный воин вновь становится разбойником.
Сюзерену не нужна его служба, но не воевать он не может, а потому остается путь якудзы, вернее, раубриттера. Так сию профессию, а точнее социально-правовую касту называли в Европе.
Весной 1505 года неизвестный мастер изготовил уникальный протез руки, состоящий из более чем двухсот деталей и крепящийся к предплечью ремнями.
Конструкция, явно созданная по наущению Лукавого, а таковое мнение закрепилось в народе и веках, позволяла Гецу фон Берлихингену не только держать кубок, бокал и даже кувшин, но и меч. Главное, что изменилось, так это его положение. Он вновь стал полноценным воином.
Молодой, но уже набравшийся боевого опыта, а главное, страждущий, без денег и бурной деятельности на военном поприще, он собрал небольшой, но довольно профессиональный отряд.
Готфрид нанимался в услужение клиентелле, то есть различным группам местной купеческой или цеховой знати, у которой возникали конфликты с муниципалитетами влиятельных городов.
Это явление было довольно распространено в эпоху ренессанса в Италии и Германии и создавало благодатную почву для деятельности кондотьеров, ландскнехтов, да и раубриттеров тоже.
Так, с 1508 по 1510 годы “Железная рука”, как прозвали Геца фон Берлихингена, совершал различные силовые акции против властей Кельна, с 1512 по 1514 - против муниципалитета Нюрнберга и Майнца с 1515 по 1516 годы.
За свои услуги он взимал плату с клиентеллы, чьи интересы представлял. Ну и, конечно, разбои. без них никак. А уж захват заложников и получение за них выкупа - ну что вы.
Так, 8 мая 1512 года он со 130 всадниками на дороге в Лейпциг захватил 95 купцов из Нюрнберга, Аусбурга и Ульма. После получения выкупа заложники были отпущены.
В конце того же 1512 года сюзерен Геца, Император Максимилиан I, объявил своего вассала вне закона. На следующий год Швабская лига начала на него безуспешную охоту. Пока безуспешную.
В 1515 году разгорелся конфликт между доверителями Геца и архиепископом-курфюрстом Майнца Альбрехтом Бранденбургским. В ходе которого Железная рука неоднократно совершал разбои в отношении союзных его противнику купцов. Захваченные товары продавались через клиентеллу, нанявшую фон Берлихингена.
В марте 1516 года его бандой в городе Падберге был захвачен граф Филипп фон Вальдек-эйзенберг. 11 февраля 1518 года после двух лет плена он был выкуплен за 8900 дукатов - огромные деньги.
Например, в XVI веке руководитель строительства крупного объекта в Венеции получал 24 дуката в год. 1515 Железная Рука напал на город Вормс, который освободил от себя после грабежей, насилия и пожаров.
1516. Захват слуг и лошадей герцога Лотарингского.
1518 год. В ходе противостояния с ландграфом Гессенским Филиппом I Великодушным Гец фон Берлихинген захватил город Грос-умштадт И опять погромы, грабежи, насилие и захват пленных с целью выкупа.
1517. На прибыли от разбоев, выкупов заложников и щедрой платы от клиентеллы он покупает замок Хорнберг на реке Неккар и обручается с Доротеей Гайлинг.
1519. Швабский союз с целью ослабления герцога Вюртембергского поддержал создание тайного общества Бедный Конрад, которое подняло крестьянское восстание. Во главе повстанцев встал Гец фон Берлихинген, которому спонсоры нанимателей простили все прежние грехи и назначили за новую службу огромное вознаграждение.
По началу их дела шли довольно успешно, но затем его перекупил Ульрих, герцог Вюртембергский, и Железная Рука штурмом взял стратегически важный замок Мекмюль, который он должен был занять и охранять в интересах прежней клиентеллы.
Швабская лига вновь стала требовать его поимки и казни. В 1521 году наемники Майнца захватили уже овеянного славой борца с местной аристократией Геца фон Берлихингена.
Он был заключен в замок в Хейльбронне. Однако вместо смертной казни в результате вмешательства Императора Максимилиана I в октябре 1522 года, после выплаты судебного штрафа в 2000 гульденов, Железная Рука был отпущен на свободу и уехал в свой замок Хорнберг.
Надо отметить, что сумма наказания была странной даже тогда. В дукатах это было около 439. Давайте вспомним выкуп за графа Филиппа фон Вальдек-Эйзенберга полученный виновным совсем недавно. Таков взгляд на справедливость и правосудие эпохи.
В 1525 году лидеры Крестьянской войны неким образом договорились с Гецем фон Берлихингерном. Он не только возглавил один из самых значительных отрядов восставших, а именно “Светлый отряд Оденвальда”, но и поучаствовал, как говорят, в создании программного документа бунтарей - “Декларации 12-ти статей”.
Сложно сказать, насколько он был идейно подкован, но грабил знатно. Воинское радение на ниве социальной справедливости нечасто противоречит стремлению к материальным благам в максимальном их количестве.
Множество замков и монастырей сдались опытному рыцарю Гецу фон Берлихингену и стали добычей раубриттера Железной руки. Что поделать, ронин как самурай, потерявший дайме, нередко становится якудзой.
Тоже случалось и с рыцарями. Разность наименований не меняет сути Пути. Редко что характеризует лучше и вернее человека и то, чем он занимается в данный момент, чем люди, которые его окружают. Вокруг Геца всегда были личности не простые.
Прожженные вояки, прошедшие такое, что не рекомендуется обычному человеку, лихие раубриттеры, сердце коих не растопить слезьми несчастных.
Но окружение, что сложилось в период Крестьянской войны вокруг Железной руки, было странным даже на фоне столь бурного прошлого. Гражданские войны обычно поднимают с общественного дна такое, что...
Был там такой монах-расстрига Томазиус Матер. Говорили, что его ищут как гражданские власти за убийство, так и церковные за ересь. Так вот, он стал секретарем Берлихингена.
Также при нем обретался некто Иозеф, слывший профессиональным гадателем и обладателем магического черного зеркала, в коем он якобы мог видеть прошлое, будущее, а равно семейные тайны.
Однако затмевала всех Черная женщина. То ли испанка, то ли цыганка, а может, и то, и другое. Не известно даже ее имя. Упоминается, что она была пожилой. Во всяком случае, не молодой.
Важно, что оценка строилась, вероятно, на фоне возраста Геца, а ему было сорок пять. Для тех времен возраст, вполне достойный считаться пожившим.
Занималась сия мадам, как водится, делами оккультными. Всегда одета в черное, всегда настораживающая, она вызывала страх, что благоприятствовало заговорам и тому лечению, которое она практиковала среди солдат повстанческой армии.
Кроме того, в ее обязанности входили целебные бальзамы, которые, как говорят, изготавливались из жира убиенных врагов, в особенности дворян. В общем, бэкграунд был соответствующий, что у нее, что у Железной руки.
К началу лета 1525 года, благодаря ошибкам командования восставших и успешным действиям Швабской лиги, Крестьянская война пошла на убыль. Гец фон Берлихинген не привык воевать на стороне проигравших, тем более что гонорар перестал поступать.
В общем, он отошел от активной боевой деятельности в конце июня двадцать пятого года. Судя по тому, что командующий войсками противника Трухзес выпустил некий документ, амнистирующий Железную Руку, можно предположить, что факт предательства все же был.
За преступления против городов Швабского союза он был арестован, и 17 октября 1526 года Императорский суд признал его виновным. Элита Майнца и Вюрцбурга добилась хоть какого-нибудь отмщения за все, что Железная Рука натворил в лучшие свои годы.
Гец фон Берлихинген выплатил штраф в сумме 25000 гульденов, был обязан безвыездно находится в течение трех лет в своем замке Хорнберг. В течение десяти лет находится там же в ночное время.
В начале сороковых годов текущего тогда столетия он пытался несколько раз предложить свой меч сюзерену, то есть Императору Священной Римской Империи, но как-то все неудачно. Хотя в походах против Османов успел принять участие. Однако без особых подвигов и, что важнее, преступлений.
23 июля 1562 года восьмидесяти двухлетний Гец фон Берлихинген в окружении слуг возвращался то ли с охоты, то ли с верховой прогулки, но, так или иначе, возле ворот замка Хорнберг его ожидал некий хорошо одетый горожанин.
Который поклонился старому рыцарю и вручил некую записку. После чего скрылся. Прочитанное произвело жуткое впечатление на Железную руку. Его охватила паника.
Проживавший в доме инфернальный монах-растрига и ветеран Крестьянской войны Томазиус Матер стал готовиться к бегству вместе со своим бывшим командиром.
Однако бежать пришлось одному. Старый Раубриттер умер под утро. Умер, вероятно, от страха. Вот чего он не испытывал никогда наряду с совестью, так это страх. А тут. На тебе - умер.
Летом 1568 года сбежавшего Матера обнаружили мертвым в Штутгарте, где он обосновался и стал менялой. Говорят, вполне успешным. Рукоять четырехгранного стилета венчали символы S. S. G. G.
Загадочные буквы свидетельствовали о том, что он и его хозяин были приговорены тайным Вестфальским Фемическим судом не менее загадочной организацией, чем Тот, в службе которому подозревали Геца фон Берлихингена. при жизни и тем более по смерти.
Служил ли Князю тьмы рыцарь Готфрид или нет, судить не станем. Однако без сомнений то, что ядро, выпущенное 13 июля 1504 года теми, чьи имена не сохранила история, не только покалечило очень перспективного воина, но и подменило в "ранце солдата маршальский жезл" на "железную руку".
Тем самым проложило путь раубриттеру, клиентеллой которого, возможно, и был тот, чье имя мы оглашать не станем. Нечего Ему радоваться упоминаниям.