До 1991 года считалось, что детей у Владимира Маяковского, который никогда официально не был женат, не было. В 1991 году 65-летняя профессор Городского университета Нью-Йорка Патрисия Томпсон сообщила широкой публике, что ее настоящим отцом был Владимир Владимирович Маяковский, и попросила отныне звать ее Елена Владимировна Маяковская.
История взаимоотношений родителей Елены Владимировны, как и многие истории кратковременных романтических влюбленностей, полна теплых, но туманных воспоминаний и выводов, которым очень не хватает фактического подтверждения. Многие из описываемых событий известны лишь со слов самой Маяковской или по воспоминаниям ее матери.
В 1925 году Владимир Маяковский едет в Америку по приглашению своего друга Давида Бурлюка. Маяковский не говорит по-английски, и ему нужен переводчик. Им становится Элли Джонс, которую совсем до недавнего времени звали Елизавета Петровна Зиберт. Родители Елизаветы Петровны, зажиточные крестьяне из Башкоторстана, потомки немецких эмигрантов, сразу после революции по совету знакомых сбежали в Канаду, а сама Лиза ненадолго осталась в России и работала на благотворительную организацию. Она была хорошо образована, знала несколько языков, в том числе английский.
Маяковский провел в США три месяца, в течение которых, утверждает Елена Владимировна, Элли и Владимир не расставались: ходили на вечеринки, гуляли по Бруклинскому мосту и, в целом, вели себя довольно безрассудно.
Патрисия Томпсон цитирует мать в своей книге воспоминаний «Маяковский на Манхэттене. История любви с отрывками из мемуаров Элли Джонс»:
«Мы уже некоторое время были близки, когда он спросил: "Ты что-нибудь делаешь — как-нибудь предохраняешься?» И я ответила: «Любить — значит иметь детей», он сказал: «О, ты сумасшедшая, детка!» Уверена: за всю жизнь у поэта не было других трех месяцев полной свободы и абсолютной преданности женщины. Когда мы только познакомились, он пожелал: «Давай просто жить друг для друга. Сохраним все между нами. Это больше никого не касается. Только тебя и меня». Единственное время, когда он жил с легким сердцем и был счастлив».
Долгое время, боясь цензуры, Элли не упоминает о своем состоянии («думаю, что понимаете мое молчание»), и только в письме от 6 мая просит прислать ей 600 долларов, чтобы оплатить счета в больнице. Маяковский отвечает: «Не то, чтобы я не хотел помочь, но объективные обстоятельства не позволяют мне сделать то, чего я хочу». Еще бы, НКВД не дремлет.
15 июня 1926 года у Элли рождается дочь, получившая фамилию ее законного мужа — Хелен Патрисия Джонс. Все ласково называют девочку так же, как и маму, — Элли. Письмо Маяковского по случаю рождения дочери не сохранилось, но остался ответ Элли: «
Так обрадовалась Вашему письму, мой друг! Почему не писали раньше. Я еще очень слаба. Писать много не могу. Не хочу расстраиваться, вспоминая кошмарную для меня весну. Ведь я жива. Скоро буду здоровой. Простите, что расстроила Вас глупой запиской».
Продолжение этой полной загадок истории читайте по ссылке:
Понравилась статья? Ставьте «Лайк» и подписывайтесь на Правила жизни, чтобы в вашей ленте чаще появлялись подобные истории.
#писатели #поэты #маяковский #владимир маяковский