Приехали. Вошли в дом, а там чистота и порядок. «Молодец Люська, хорошо дом содержит. А ведь он не маленький, трудно, небось, ей в таком домине порядок наводить» - подумала Любовь Григорьевна и спросила:
- А это ваш дом?
- Да, я его сам строил. Мы тут с Люсей живём.
- А я и не знала, что Люся в доме живёт, у неё же квартира была.
- В её квартиру мы квартирантов приняли, а для себя этот дом купили, - ответил Боря.
- Проходите в дом, - пригласил Боря, - Сейчас обедать будем. Люся сказала, что вы голубцы любите, так я приготовил. Специально для вас, хотя раньше я их никогда не готовил.
- Так ты, Боря кулинар?
- Ну, кулинаром называться не могу, но для дома всё готовлю. Люсе нравится.
- А где ж моя Люся? Что это она не показывается? – спросила Любовь Григорьевна.
- Люся вечером будет дома. Ей сегодня надо к косметологу, а потом она с подругой встречается.
- Так она не знает, что я приехала?
- Знает. А вы на старый адрес отправили телеграмму, хорошо, что квартирантка пришла и сказала нам. Но у Люси всё было запланировано заранее и отменять она не стала, - ответил Боря.
А на столе тем временем появились разные вкусности. У Любовь Григорьевны аж слюнки потекли, до того аромат приятный, а она же за всю дорогу ничего и не съела. Достала наливки, предложила Боре выпить.
- Нет, нет! Вы пейте, а мне нельзя. Мне в восемь вечера надо Люсю забрать из кафе.
- А зачем же она в кафе пошла, если тут такой стол богатый?
- Ну… она же должна общаться с подругами, не сидеть же всё время дома.
Вечером Боря привёз Люсю домой. Любовь Григорьевна сразу к ней с вопросами, хотела всё узнать о жизни племянницы и рассказать ей об Ирочке, как растёт она, то уже умеет делать.
- Ой, тётя, я так устала! Давай завтра поговорим, - сказала и в ванную пошла душ принимать.
«Даже на фотографию Ирочки не посмотрела» - расстроилась Любовь Григорьевна. А она специально фотографа из районного центра приглашала. В руках фотографию держала, протягивала ей. А Люся и не глянула.
Утром Боря на работу ушёл, а любовь Григорьевна с Люсей дома остались одни. Любовь Григорьевна завтрак приготовила, ждёт племянницу, а та из спальни не выходит. Ну не спит же? Уже полдень, куда ж спать то? Проголодалась, не будет же одна завтракать, надо Люсю звать. Заглянула в спальню, а та всё ещё спит. Еле дождалась, когда Люся покинет спальню. Да только, что толку? Не до завтрака ей. Умывалась, душ принимала, потом часа два сидела за туалетным столиком, лицо своё мазала и красила.
Не дождалась Любовь Григорьевна, сама завтракать начала. Да какой же это завтрак? Это уже и ужином можно назвать.
Уже подкрепилась и посуду начала мыть, когда Люся на кухню вошла. Любовь Григорьевна опять к ней с вопросами, но Люся остановила её.
- Я тороплюсь, тётя! Сейчас кофе выпью и убегаю. Завтра поговорим.
И только на третий день Любовь Григорьевна узнала немного о жизни племянницы. Выходя замуж, Люся поставила условие, чтобы Боря сразу же усыновил Ирочку. Он усыновил.
- Теперь мне не страшно, после развода он алименты платить будет, а зарплата у него хорошая. Да и дом этот наша совместная собственность, делить будем. Так что всё хорошо, - начала свой рассказ Люся.
- А ты что собралась разводиться с ним? Я вижу, что человек он не плохой, заботливый и работящий. Вначале подумала, что это ты за домом следишь и порядок тут везде, а потом увидела, что всё он. Чего же разводиться с таким человеком? Хороший он у тебя.
- Хорошие только деньги, что он зарабатывает. В горячем цеху работает, зарплата большая, а кроме того подрабатывает. Он же всё умеет, кому кран заменит, кому унитаз починит, кому электропроводку отремонтирует. А это же денежки. А сам – уродина, как жить с ним можно? Противно.
- А зачем же выходила за него? - удивилась Любовь Григорьевна.
- Так ради алиментов и выходила.
Расстроилась Любовь Григорьевна. Как же так можно? Сама она к Боре пригляделась, поняла, что золотой человек он. И сказал он ей, что ждёт с нетерпением, когда Люся дочку привезёт. Обещает хорошим отцом ей быть. «Ох, Люська, Люська… Что же ты делаешь? Вся в мать свою. Та такая же распутная была и жила лишь для себя и думала лишь о себе» - вспомнила Любовь Григорьевна свою рано ушедшую сестру.
Пыталась Любовь Григорьевна советы дать племяннице, предотвратить развод, да куда там, Люська и слушать не хочет.
- Ты за кого меня принимаешь, тётя? Неужели ты думаешь, что я лучшего не найду?
Вот такая Люся. И уехала Любовь Григорьевна ни с чем. И даже не сказало то, что хотела сказать. А хотела предупредить, что долго заниматься Ирочкой не сможет. Бабушка совсем плоха стала, с постели не встаёт, заботы требует, и справиться с двумя, со старым и малым, Любовь Григорьевне не под силу. Да и как тут говорить об этом, если Люся дочкой совсем не интересуется.
Провожал Любовь Григорьевну на вокзал Боря.
- Если вы, Любовь Григорьевна, не возражаете, я к вам в гости приеду. У меня отпуск через месяц. Дочку хочется посмотреть. Да и вам, может, помощь какая нужна, я же всё умею, - сказал, - Люся, вряд ли приедет, она устаёт в дороге.
Любовь Григорьевна не возражала, она была рада и Боря ей уже не казался таким некрасивым, каким был, когда увидела она его впервые. «Вполне нормальный мужик и руки у него пришиты туда, где надо и добром так и светится» - подумала.