В уютной комнате на большом диване сидели двое. Он — на одном краю, она — на другом. Ещё несколько минут назад воздух сотрясали громовые раскаты упрёков, больно били в грудь злые слова, истерично взвизгивая разбитые бокалы; со свистом рассекая воздух, летели в раскрытый чемодан ботинки, рубашки и пиджаки. А потом он снял с запястья часы, которые она подарила ему на первую годовщину свадьбы, и швырнул их в камин. Звук лопнувшего стекла был похож на выстрел. Она перестала плакать, он — кричать. Вдруг оказалось, что сил больше нет, что все слова закончились, и слезы — тоже. Они без сил опустились на диван и, будто зачарованные, наблюдали за тем, как пламя уничтожает не просто часы, а символ времени, отведённого им на любовь.
Он и она молча смотрели на огонь, полыхающий в камине, а под высоким потолком витали их мысли. «Я тебя ненавижу».
«И как я прожил с тобой десять лет?»
Десять лет… Они пролетели, как один миг. Наверное, так же быстро промелькнет ещё двадцать, и ещё. Когда-то они мечтали, что на закате жизни будут гулять по парку, взявшись за руки, или, сидя на песке у самой кромки воды, станут смотреть, как солнце опускается в море.
— У нас обязательно будет домик на побережье, правда? — она с надеждой смотрела ему в глаза.
— Конечно, будет. Я все для тебя сделаю.
Парень и девушка сидели на узкой скрипучей кровати в комнате общежития, тесно прижавшись, друг к другу. Казённый стол, шкаф и две тумбочки — вот и весь их скарб. И все же в маленькой комнатке было уютно. Потому что она повесила на окна красивые шторы, расставила на подоконнике горшки с растениями, а стол застелила скатертью, которую бабуля вышила специально к их свадьбе. На столе красовался фарфоровый чайный сервиз, преподнесены подружками, а ноги утопали в пушистом ворсе ковра: этот
родительский подарок делал комнату просто роскошной.
В общежитии они прожили семь лет. Здесь появились на свет сын и дочь, и молодым супругам дали квартиру от предприятия, где работал глава семейства. Это было счастье! Две комнаты и собственная кухня! Пусть маленькая, но своя! Он работал, не жалея сил: нужно было делать ремонт, покупать мебель. А ещё хотелось, чтобы жена и малыши ни в чем не нуждались. Потом стали робко заговаривать о квартире побольше.
— А помнишь, мы ещё хотели домик на берегу моря? — улыбаясь, говорила она.
Он помнил. И делал все возможное, чтобы их мечты сбылись.
Друг предложил организовать совместный бизнес. Дело пошло. Через несколько лет появились и большая квартира, и собственный дом. Правда, не на побережье, а в тридцати километрах от города, но зато с камином и уютной террасой. По вечерам, уложив детей спать, она бродила по этому дому, смахивала отсутствующую пыль, переставляла статуэтки на полочках, разжигала огонь в камине, налив в чашку ромашковый чай и с ногами забиралась на диван. Он возвращался очень поздно, но она никогда не ложилась спать без него. Ждала, по нескольку раз разогревала ужин. И все думала: так и должно быть? Все это: камин, красивая мебель, навороченная техника и две машины в гараже — дано в обмен на время, которое мы могли бы быть вместе? «А ты хочешь снова вернуться в общежитие? Сидеть рядом на маленькой жёсткой кровати и мечтать о таком вот большом доме?» — ехидно спрашивало подсознание. А она не знала, что ответить. В идеале хотелось и дом, и достаток, и чтобы любимый муж всегда был рядом. «Все и сразу — это невозможно», — говорило
— Ну почему опять так поздно?
— Ты же все понимаешь, — отвечал он.