@Елена ПАТЕЕВА
Зрителям, еще не смотревшим «Дурова» (2021), можно было бы предложить провести эксперимент: подсчитать, сколько раз по ходу фильма в качестве характеристики главного героя будет использовано слово «гений» — как интервьюируемыми, так и самим режиссером.
И, даже если предположить, что нарратив давал повод для сомнений на этот счет, то пресс-конференция однозначно разрушила иллюзию авторской нейтральности, что закономерным образом вызвало вопросы у аудитории. «Дуров» завершается на высокой ноте, и, наверное, этим можно объяснить то, что анализировался он зрителями от конца к началу. Отправным пунктом для дискуссии стал озвученный в финале фильма месседж: «Дуров — лидер, выходящий победителем из любой коллизии» — но в чем же его победа?
Да, прозвучало из зала после премьеры, можно говорить о триумфе медийного образа, однако не о победе в сфере финансов и управления — там, по мнению говорившего, герой прошел через череду невосполнимых потерь и до сих пор не «вышел в плюс».
Ответ создателей конкретизировал проблематику картины и объяснил уникальность фигуры Павла Дурова: его решения могут нести разрушительный характер, и именно в потенциальном риске суть их глобальности. Герой такого рода не просто не останавливается на достигнутом — на каждом новом витке он возрождается.
Приобретение новых инструментов подчинено интенции развиваться дальше, а минус нормален как фаза, если общая концепция строится вокруг принятия вызова — в частности, со стороны силовых систем. Такой герой — философский победитель, в частности, поэтому он выше обывательских суждений об успехе
— вроде как, поскольку подобное замечание некоторым образом опровергает как содержание фильма, так и его структуру.
Вылепленный по лекалам мономифа, «Дуров» выводит на первый план одновременно и имя, и анонима.
Родион Чепель прорисовывает своего героя так, как будто создатель VK и Telegram не появился в медийном поле, объединявшем на тот момент Facebook (впервые упоминается в фильме лишь по прошествии тридцати минут, Марк Цукерберг не упоминается ни разу) с Одноклассниками («Соцсеть №2», цитируя самого Дурова периода первых публичных выступлений), играя на сопоставлении и доказывая свое преимущество на игровом поле.
Режиссер отказывается от контекстуального анализа, практически игнорируя тот факт, что Дуров никогда сам не создавал поле для игры — он предлагал наиболее эффективные и элегантные решения в заданном контексте.
Отнюдь: в традиционной манере Чепель выстраивает вокруг Дурова контекст не ситуационный, а личностный, сугубо нарративизированный, практически литературный, задействуя для этого дублирующие друг друга свидетельства одноклассников, коллег, журналистов, что парадоксальным образом не добавляет повествованию реалистичности.
Подробный разбор фильма от Елены Патеевой
А вы считаете Дурова русским Цекербергом?
Смотрели фильм о нем?