Нотариусов у нас в стране не любят. Нотариусы отвечают стране той же монетой. Те, кто сталкивался – подтвердят.
По роду деятельности Игорю Моисеевичу с нотариусами приходится сталкиваться часто, а потому у него давно и прочно сложилось убеждение, что в российские нотариусы специально отбираются люди с природными садистскими наклонностями и что каждый нотариус в детстве непременно мучил кошек или хомячков. Причем с юных лет они знали, что будут нотариусами, а потому, вырастая, четко становились плохими дядями или стервами -- в зависимости от половой принадлежности.
Нет, честное слово, в какой-то момент (после оформления документов в городе Н.) Игорь Моисеевич даже думал, что в быту нотариусы питаются человеческой кровью, а спят в гробах. Поэтому, когда он встретил нотариусов в обычной обстановке и они вели себя как обычные люди, не сразу их распознал.
Встретил их Игорь Моисеевич на горнолыжном курорте Архыз, куда приехал с друзьями -- Сашей и Олегом, покататься на лыжах и пару раз «упасть» о крутую скользкую трассу, желательно черную! Олег всю дорогу пытался поставить в машине песни Караченцева. После шести часов непрерывного прослушивания он захандрил и расслабился, а остальные смогли выкинуть флешку в окно (он потом еще долго бубнил: «Вот вы уроды...»). Кто эти «вы» Бурштейн и Саша не знали, поэтому не реагировали.
Дорога была веселая и очень красивая. Откатавшись на склонах Домбая и Эльбруса, веселая компания добралась до Архыза. Была весна, пели птички, снега на склонах было немного и кататься было трудно. Но все реально получали кайф.
Правда товарищ, который любитель Караченцова, хромал (у него только что удалили ноготь на ноге) и был задумчив, на горные лыжи он встал всего три дня назад. Но ничего, остальные пообещали его научить, но если честно, всем было не до Олега. А он был бесстрашен. Ах, как он катился на скорости 70 км в час (по красной трассе) без поворотов и снижения скорости! Загляденье просто. Окружающие, видя геройское катание, старались побыстрее расступиться. Просто молодец, и ведь даже ни разу и не упал, и ничего не сломал (видимо, все уже было сломано ранее).
Так и в этот раз Олег умчался в туман, а Бурштейн с товарищем Сашей, настроив рации, на приличной скорости спускались по уже разбитой сноубордистами трассе вниз. К тому моменту они катались уже где-то часов пять. Был полдень и хотелось банально кофейку или глинтвейна….
Спустившись вниз раньше хромого друга, Бурштейн с Сашей зашли в подъехавшую кабинку подъемника. Настроение было позитивным, ведь спуск выдался удачным, в катании все получалось, даже элементы фристайла. Жизненные неурядицы временно забылись. Ощущалась весна, и все было просто отлично!
Раз Бурштейн и друзья имели при себе портативные рации, они придумали себе позывные.
Вызвали по рации «Хромого» -- Олега, получили в ответ: «Фуфлыжник (шипит рация), ты где?..»
Бурштейн сообщил: «Поднимаемся наверх и будем спускаться по новой трассе по направлению к гостинице», а Саше тихо сказал: «И, возможно, попьем кофе, а Олега не ждем. Потому что он долбанутый!»
Саша добавил: «Будь осторожнее на трассе!», за что получил улыбку сидящей рядом с ним девушки.
И если есть в мире случайность, то она, естественно, случилась с Игорем Моисеевичем, по-другому быть и не могло.
Поговорив по рации, друзья наконец-то обратили внимание на своих попутчиков по кабинке подъемника.
Двое мужчин и молодая девушка.
Один из них спросил Игоря Моисеевича, как катание, и улыбнулся. Ведь весь шлем и маска Бурштейна были в снегу от быстрого спуска с препятствиями.
-- Вы местный? -- спросил незнакомец.
-- Нет, из Рязани.
-- Да?! Мы тоже из Рязанской области, здесь по работе. Выдалось немного времени, решили посмотреть склоны. Сами не катаемся – работы много...
«Какие приятные в общении люди, умные, веселые, -- умилился Бурштейн. -- Случается же такое!»
Попутчик тем временем продолжил:
-- А сюда приехали на конференцию гильдии российских нотариусов.
И тут Игоря Моисеевича понесло. Честно так, без запинки, как на уроке, выдал, что с нотариусами очень даже знаком, и что большинство рязанских нотариусов из районов – отвратительные личности. А особо из М. из К-ского района, а нотариус из городка Н., та вообще – ведьма, ее бы на костре сжечь!
Излагая свою непримиримую позицию, Игорь Моисеевич улыбался, представляя все это наяву, причмокивая и потряхивая рыжей бородой. Его товарищ-лыжник что-то упорно смотрел в телефоне, настроение Бурштейна было хорошее, и рассказ лился сам собой.
Видимо, при спуске Игорь Моисеевич где-то все-таки упал, причем сильно, причем головой. Его собеседники внимательно и с интересом выслушали монолог.
Потом один из них скромно так без эмоций сказал:
-- Да, приехали отдохнуть! А тут ты!..
Игорь Моисеевич недоуменно наконец посмотрел на собеседников. Девушка вот-вот заплачет. Мужчины правда слегка улыбались.
-- Я -- нотариус из М., а мой друг нотариус из города К., -- сказал один из них
Девушка, всхлипывая, добавила:
-- А я -- нотариус из города Н.!
«Странно, -- подумал Бурштейн, -- клыков сразу в крови что-то не видно, да и выглядят почти как люди!»
Тут кабинка открылась и все дружно вышли. Быстрее всех Игорь Моисеевич (наверное, неуютно стало). Он тут же уехал по склону в туман и в этот раз катание ему как-то не понравилось. Пришлось, чтобы вернуть настроение, найти нотариусов в ресторане наверху и напоить чаем с виски.
Теперь в пабе по субботам Бурштейн частенько эту историю рассказывает. Особенно друг Саша тащится. История обросла невероятными подробностями и деликатными моментами.
С мужиками они стали хорошими знакомыми. Вообще, если бы эта история не случилась, её надо было выдумать. Теперь проблем в этих районах с нотариусами нет. Даже вера в нотариусов-вампиров как-то стала смазываться.
Через год в одном правительственном учреждении Игорь Моисеевич встретил ту самую девушку -- нотариуса из города Н., и, покраснев, начал отводить взгляд.
Она же, увидев Бурштейна, невольно улыбнулась. Видимо, и ей было что рассказать подругам!
Жалко хромого не было с Бурштейном в той кабинке, поэтому он не верит ни Бурштейну, ни даже Саше.
А им все равно!
Теперь этот рассказ можно послушать в профессиональном исполнении!
