Несколько удивляет меня то, как часто люди в интернете недоумевают: а зачем нужны все эти расстрельные команды? Особенно если казнят не массово — как на картине Гойи ниже, а всего одного человека? Всегда казалось, что это вполне-таки очевидно, но нет. Вот и давеча в очередной раз встретил сомнения на эту тему. Ну что же: "я вам мозги не пудрю, уже не тот завод" — давайте во всём этом разберёмся. Мы тут "военные историки" или как?
Вообще-то казнь через расстрел существовала ещё задолго до появления (и тем более широкого распространения) огнестрельного оружия. Скажем, именно путём расстрела из луков викинги в 870 казнили восточноанглийского короля Эдмунда, а святого Себастьяна в 288 расстреляли неудачно — и пришлось потом забивать камнями.
Однако вплоть до Нового времени подобное было, можно сказать, экзотикой. И дело тут совершенно не в огнестрельном оружии. Дело даже не в необходимости казнить массово: при желании и/или необходимости прекрасно справлялись и так, к сожалению. Сам по себе огнестрел важен лишь в том контексте, что казнь при помощи боевого оружия всегда была более почётной, скажем так, особенно для людей военных: вот как прежде они предпочитали умереть от меча, так и со становлением ружей главным оружием войны — быть расстрелянными.
Тут, конечно, есть элемент особого шика — некоторыми доводилось командовать собственным расстрелом, но это тоже экзотика.
Часто встречаю суждения: мол, расстрельная команда нужна, потому что пока оружие так себе — "чтобы наверняка". Это, конечно, ерунда. Во-первых, никуда не делись расстрельные команды и во Вторую мировую, например, и даже после неё (в процессе подготовки поста читывал американский мануал по теме от 1947 года). Во-вторых, "чтобы наверняка" — проще как делалось по уголовной линии в СССР и как это до сих пор в Китае с Белоруссией делается. То есть приставили оружие прямо к затылку — и всё.
На самом деле широкое распространение казни расстрельной командой именно в Новое время происходит потому, что возникли регулярные армии. А то даже в терциях ещё при cuerpo judicial имелся штатный палач, однако позже обязанность казнить (и, кстати, вообще наказывать — типа порки "через строй") возлагается на солдат.
Но возлагается коллективно. Эффект тут двойной.
С одной стороны, в таком подходе видели момент укрепления дисциплины — в исполнении наказания целое подразделение совместно приняло участие. Даже в "почти регулярных" подразделениях Ренессанса ещё сложно было заставить солдат делать то, чего они совсем не хотят — мы не раз эту тему обсуждали. А уж рыцарей... сам понимаете. Но в регулярной армии Нового времени всё уже должно быть не так: приказали — исполняй и не вякай. Участие в наказаниях тут — часть муштры. Сложного процесса, где просто нет мелочей. Как известно, всё дурное начинается с неподшитого воротничка и кривого кантика, а кончается дезертирством или вовсе убийством в караулке.
Командир Ренессанса искал сложный баланс в отношениях с солдатами — в том состояло его искусство. Командир Нового времени действовал жёстче, но это и позволило совершить огромный прогресс в военном деле.
Потом, конечно, ещё создадут настоящую военную полицию (а не предтечу её вроде того же cuerpo judicial) с настоящими гауптвахтами и всем прочим, но сейчас не о том речь. Тем более что есть ещё военно-полевые условия. В целом мысль насчёт дисциплинарного момента, думаю, ясна.
Но при том с другой стороны — коллективная ответственность размывала личную, а это довольно важно.
Солдату настоящей армии, т.е. построенной на дисциплине, в общем-то довольно вредно убивать не в бою (потому некогда отдельного палача с собой и таскали). Ибо да, одно дело — в тебя стреляют, ты в ответ стреляешь, деваться некуда, да поди пойми — правда убил кого-то, нет... Большая часть солдат всю свою карьеру стреляет "куда-то в сторону врага", и чем позже (т.е. чем совершеннее оружие и выше дистанции боя) — тем оно сильнее проявляется.
Конечно же, совсем другое дело — убить беззащитного человека, даже если это враг или предатель. Прямо, фигурально выражаясь (а то и не фигурально), глядя в глаза. Это воспринимается совсем иначе и имеет для головы бойца совсем иные последствия.
Солдата с таким опытом затем и в мирную жизнь вернуть труднее — а данная проблема как минимум в XVI веке уже обсуждалась военными. Ему проще начать почём зря убивать пленных или вовсе гражданских, что в реалиях войны Нового времени и далее уже как-то совсем не очень. В конце концов, ему много проще "плохому" командиру в затылок стрельнуть, сочтя его таким же предателем — вспомните недавнюю историю мятеж на "Баунти", где убить капитана мятежники не решились (хотя им так и так светила бы в случае ареста лишь виселица, ничего убийство Уильяма Блая тут не изменило бы).
Наконец — палачей, как известно, нигде никогда не любили (вот это и была в Европе традиционно семейная профессия: детям сложно иначе устроиться в жизни). Как к солдату, который лично кого-то расстрелял, станут относиться сослуживцы — вопрос. Который лучше просто не ставить.
То есть возникла идея, что участвовать в исполнении наказаний солдатам да, полезно — но с другой стороны, солдату всё же лучше не ощущать себя убийцей (тут место для меметичных эпизодов "Цельнометаллической оболочки"). И не выглядеть таковым для окружающих.
Уже сам факт коллективного расстрела личную ответственность размывает — вроде как "все стреляли, ну и я". Можно включить самоубеждение, что не твоя пуля была смертельной. Кто-то, в общем, может и специально палить мимо, как знать.
Развитием этой идеи стала известная практика случайной выдачи кому-то из расстрельной команды оружия с холостым зарядом. Практика это реальная — например, она прямо прописана в том самом американском наставлении:
Cause eight rifles to be loaded in his presence. Not more than three nor less than one will be loaded with blank ammunition. He will place the rifles at random in the rack provided for that purpose (с)
Интересно, что офицеру чётко указывают использовать 8 человек, однако же сколько из них должно стрелять холостым — он сам выбирает в пределах от одного до трёх. Посчитали нужным тут дать свободу "по ситуации".
Это применялось, кстати, не только на войне. Скажем, известный убийца Ронни Ли Гарднер (который 25 лет оспаривал свой смертный приговор) в 2010 выбрал экзотический для США расстрел. Его смертный приговор привела в исполнение команда из 5 человек, при том одна винтовка имела патрон с неким нелетальным снарядом.
Это технически важный момент, потому как выстрел без снаряда вообще сколь-нибудь опытный стрелок от настоящего всяко отличит (пороховые газы ничего не толкают-с), а так как минимум проще себя в чём-то убедить. Ронни Ли Гарднера казнили не специально подготовленные люди, а анонимные добровольцы из числа обычных полицейских, так что этому аспекту уделили внимание.
В общем, как обычно в военном деле — всё совершенно рационально. Не просто так традиция возникла, не глупые люди придумали.
Автор - Андрей Миллер. Подписывайтесь на Grand Orient и читайте больше его статей! Или читайте по тегу #миллеркат