- Вы должны вернуть мне моего сына.
Пачка пятитысячных купюр взлетает перед моим носом, разгоняет воздух и с громким шлепком падает на стол.
- Что? – отрываюсь от бумаг, выпускаю ручку из пальцев и устремляю взгляд на наглого брюнета.
Он нервно расстегивает пуговицу пиджака, едва не оторвав, и садится на стул напротив. Вальяжно развалившись, будто у себя дома, по-мужски закидывает ногу на ногу, сцепив руки в замок на колене.
- Что слышали, - бросает надменно. Но голос на удивление приятный, бархатный. Если убрать эти властные, приказные нотки. – Это аванс, - кивает на деньги, к которым я не притронулась даже. – После того, как я получу ребенка, дам еще столько же.
Растерянно моргаю, проглатываю так и не сформулированный вопрос – и головой отрицательно качаю. Не могу понять, чего хочет этот мужчина. Или он свихнулся? Я слышала, клиентам репродуктивного центра порой очень сложно принять свое бесплодие. А после неудачных попыток ЭКО некоторые и вовсе срываются.
Медленно протягиваю руку, нащупываю телефон под бумагами, но вздрагиваю от грубого тона гостя:
- В двойном размере, - резко подавшись вперед, бьет ладонью по столу, а я едва не подпрыгиваю. – Тройном, - повышает ставки. – Какие тарифы? Любую сумму готов отдать.
Чем сильнее он злится, тем ярче играют в его синих глазах контрастно карие всполохи. Интересный цвет, гипнотизирующий. Почему-то смутно знакомый. Но я заставляю себя прервать зрительный контакт с незнакомцем и сосредоточиться на бреде, который он несет.
- Мы не продаем детей, - аккуратно проговариваю, стараясь не вызвать большей агрессии. – Мы помогаем их зачать…
Почему-то моя фраза действует на мужчину, как детонатор.
- Береснева? – решает уточнить, и я лихорадочно киваю. - Вас должны были предупредить, что я приеду по важному делу, - пожимаю плечами, взбесив его этим обычным жестом. - Вы хоть понимаете, кто я?! – слетает в катушек.
Рывком встает, опрокидывая стул, и упирается кулаками в деревянную поверхность стола, что жалобно поскрипывает. Мужчина нависает надо мною, давит мощнейшей энергетикой и непоколебимым авторитетом.
- Кто? – поднимаюсь, чтобы оказаться с ним на одном уровне. - И по какому делу? Конкретнее, пожалуйста, - тоже руки на стол укладываю, но, скорее, чтобы найти точку опоры и не упасть. Ноги подкашиваются, когда опасный незнакомец приближается к моему лицу и испепеляет прищуренным взглядом.
- Адам Туманов. Новый генеральный директор и владелец сети клиник «Надежда», в которой вы работаете. Я мог бы перевернуть здесь все вверх дном, купить полностью персонал. И вас в придачу, - рычит самоуверенно. - Но я пришел договариваться, мне не нужна широкая огласка.
- Да что вам нужно, в конце концов? – не выдержав, фыркаю в его ожесточенное лицо.
- Мой сын! – выдает он на выдохе, обдавая легким ветерком мои губы. И я спешу отстраниться от мужчины.
- Вы хотите нанять суррогатную мать? – отойдя от стола, пячусь к окну. - Сделать ЭКО в нашей клинике?
- Нет, готовый сын, - Адам отталкивается, выпрямляется по струнке, отчего кажется нереально высоким и огромным.
- Да где я вам его возьму! – хлопаю ресницами недоуменно. - Рожу, что ли?
- Заманчивое предложение, - ухмыльнувшись, сканирует мою миниатюрную фигурку, упакованную в бирюзовую медицинскую форму. Я теряюсь от такого откровенного взгляда, складываю руки на груди, но все равно не могу скрыться. - Однако нет. Шесть лет назад я сдал биоматериал в банк ЭКО. Теперь мне нужен мой ребенок.