Среди холмов Азербайджана, в 20 километрах от предгорно-курортной Габалы стоит село Нидж. Оно встречает мечетью:
И внушительным советским зданием школы с приветствием на азербайджанском языке:
Но по его чрезвычайно зелёным улицам, из опушек которых сельская застройка выглядывает лишь изредка, расставлено немало домов с островерхими крышами, которые легко представить не здесь, а в иранском "скансене" Сараван близ Решта.
Да и ниджские кварталы вместо привычного слова "махалля" здесь называются "шакка". У большинства из них азербайджанские названия, но лишь в шакка Йалгашлы и Абдаллы живут сами азербайджанцы. Титуальной нации в Нидже всего 18%, а в основном НыъжӀ населяет самый, пожалуй, необычный из малых народов Азербайджана, потомки албанского племени утиев - удины:
И это даже не миф - удины хоть и на равнине живут, а по языку близки не к персам или тюркам, а к дагестанским горцам. Более того, удины - ещё и христиане, а самый чтимый их святой - апостол Гергец, то есть Егише, крестившей Кавказскую Албанию на месте знаменитой церкви в селе Киш (ссылка в конце поста).
Последнее племя Кавказской Албании, ещё в 19 веке удины жили во многих селениях вокруг Нухи (как назывался тогда Шеки). Удинским был в том числе Киш, и видимо все прочие деревни, где за века чужого господства церкви не успели растащить на строительный камень. К концу ХХ века удинскими остались два села в 30 километрах друг от друга - Нидж и Варташен.
Последний был даже крупнее и богаче, да и сохранилось в нём много всего. Например, две церкви - Кицке-Гергец (1828, была армянской, а восстановлена для удин) и Кала-Гергец (1850, от монастыря Егиш-Аракел, то есть Апостола Елисея). Или также пара синагог иранских евреев, в 17 веке пришедших туда из Гиляна. Но удины носили армянские имена, ходили в армянские церкви, и во время Карабахского кризиса азербайджанцы в Нидже понимали, что их соседи не армяне, а вот в Варташене, с 1991 года переименованном в Огуз - нет.
Точно так же были вынуждены бежать из страны и многие городские удины, и теперь из десяти тысяч представителей этого народа около трети живёт в России, по степным регионам Юга (в первую очередь в Ростовской области), ещё и по несколько сотен на Украине, в Казахстане и в Грузии, где с 1922 года даже есть удинское село Зенобиани. Но 2/3 удин остаются Азербайджане - примерно поровну в крупных городах и в одиноком Нидже.
И стоят в разных его концах, за пару километров друг от друга, три церкви, в наибольшей степени из действующих церквей имеющие право называться "албанскими". Недалеко от въезда и главной площади, за мрачной мехбазой, которую надо проехать насквозь, раскинулось кладбище, над которым возвышается храм Сурб-Аствацацин (1892):
В центре села, посреди обширной рощи стоит храм, для удин выполняющий роль кафедрального собора - Нижняя церковь Святого Елисея, или Чотари Гергец, построенная в 1823 году священником Аствацатуром Йотанянцем:
Хотя сам её вид куда более архаичен. И узоры украшений вроде и армянские, а вроде не совсем. Обратите внимание на "албанский крест" характерной формы. Его завершения символизируют Солнце и Луну из древнехристианских культов, а мне напоминают цветы, в том числе символ Великой Степи тюльпаны.
В 2005-06 годах церковь реставрировалась на средства далёкой Норвегии (предков которой в Азербайджане искал Тур Хейердал), но как кое-где пишут - лишь до того момента, когда азербайджанские реставраторы изничтожили армянскую надпись.
Армянской Апостольской церкви эти храмы и принадлежали вплоть до 1990-х годов. Ныне статус Удино-Албанской общины, которую возглавляет человек со звучным именем Роберт Мобили, какой-то не вполне понятный. Формально в Бакинскую и Азербайджанскую епархию РПЦ ниджский приход не включён, сама епархия считает верующих удинов своими (тем более в Баку они крестились в русских церквях), но священники отсюда обучаются в семинариях Украины и Польши.
Уже не первый год в Азербайджане идут разговоры о воссоздании Албанской апостольской церкви, но для этого нужно благословение как минимум трёх из 7 церквей Востока (к которым относится и армянская), а вот его-то пока не дают.
Во дворе церкви - могилы настоятелей, старейшие вроде бы 17 века:
На огромном, как иные парки, зелёном дворе - две древние чинары:
И уличные алтарь наподобие того, что построил Святой Елисей в Кише:
Нидж выглядит каким-то разреженным, и занимает огромную площадь. Некое подобие исторического центра - у родника на южной окраине села:
У здания с длинной верандой, бывшего кажется школой, стоит третья церковь Цилин Гергец (Верхний Елисей), построенная в 1860 году:
У неё потрясающе красивые орнаменты на портале. На заднем плане - собственно школа и наша команда:
До Цилин-Гергеца у норвежских реставраторов руки уже не дошли, а потому у неё совсем как в Скандинавии - дерновая крыша:
За дверью на цепи виднеется пыльный зал:
Другой стороной храм глядит в таинственный тёмный сад:
По соседству - чайхана, из которой поселковые мужики лениво взирали на наши автоманёвры:
Большая часть Ниджа выглядит неухоженной и мрачной, и на бездорожье его длинных улиц мы машину покоцали так, что попрощались с залогом (хотя позже благополучно вернули его). И тем страннее в конце этих грунтовок, ям и ухабов обнаружить роскошный этнографический парк - "Удинский оджаг". Этим словом, созвучным с русским очагом, удины и называют жилище:
В его основе - небольшой дом Гангаловых. История этого рода уходит куда-то в 18 век, когда священник Давид Гангалов, по местному преданию, вышел из армянской церкви и организовал домашнюю албанскую молельню. Достоверна ли эта история - я не знаю, а дом, думается, и остался от последних хозяев - брадобрея Владимира и его сестры-швеи Зои Гангаловых.
Увы, дом с музеем и восковыми фигурами оказался заперт, да и в ресторане с кухне не шёл дымок - хоть и стоял на дворе субботний вечер, а туристов в Нидже немного и местные в ресторан не ходят.
Как и молокане, удины делали вино, что обыграно как в экспозиции:
Так и в ресторане:
А самым впечатляющим из увиденного оказался погреб под пнём от гигантской чинары:
В музее и при церкви - фотографии удин:
До революции процесс ассимиляции бывших албанцев между армянами и азербайджанцам шёл полным ходом и вплотную близился к завершению. Священник Давид Гангалов уходил в религиозное подполье, а офицер Мовсес Силиякян спасал Армению от турок под Сардарапатом.
Сейчас же удины - это удины: хоть и маленький народ, а ассимилироваться явно не спешат. А если и спешат - то в России: при всей очевидной нищете Ниджа, тут многие ездят на заработки, тем более что местная школа с удинским языком в начальных классах относится к "русскому сектору".
Русским языком удины действительно владеют почти без акцента, уж по крайней мере гораздо лучше среднего по Азербайджану. Но вместе с тем в Азербайджане удины - самое уважаемое из национальных меньшинств.
И вот же впечатляющим будет выверт истории, если Албанская апостольская церковь таки появится, а Азербайджан следом за Аджарией и Абхазией начнёт возвращаться в христианство...
См. также: