Я помню, как с Севера в 1956 году приехал мамин брат Петр с женой Верой и двумя ребятишками. Старший из них, Вовка, был года на три меня младше, а Витенька - совсем маленький, он и не вырос, очень быстро умер. После лагерей Петр по «вольному» найму работал на Севере, женился на Вере. Она была юркая, как ящерка, маленького росточка, черноволосая настолько, что мне казалось, были волосы крашены. А вообще женщина - добрая, веселая, озорная. Любила компании.
Зато дядя был букой, угрюмый и неразговорчивый, видимо, точила его болезнь. Впоследствии у него обнаружили рак гортани. Какое-то время дядя Петя ходил с трубочкой в горле. В 1960 г. он умер.
Тягостное впечатление у меня от этих воспоминаний: поломанная жизнь доброго, молчаливого человека. Неудачно жизнь сложилось и для всей его семьи.
Сын его, Володя, одаренный от природы музыкально, как-то тоже нелепо прожил. Он закончил кулинарное училище и работал какое-то время поваром.
Вскоре после смерти мужа Вера с сестрой уехали на юг, а там в Кудепсте познакомилась она с дедком, а после его смерти стала хозяйкой небольшого домика с двумя гостевыми фанерными домишками. Туда и перебрался Володя.
Вера, по наследству, передала дом сыну, а он стал попивать. Дом поменял на худший, еще менял. Каждый раз жилье становилось все беднее, и место отдаленнее от центра. Умер он, едва достигнув 50 лет, в глухой станице.
Для справки. На Север Петр Иванович Букин попал двадцатипятилетним, был необоснованно репрессирован постановлением тройки УНКВД Запсибкрая 28 декабря 1937 года по обвинению в контрреволюционной повстанческой деятельности. отсидел в лагерях 10 лет. До ареста закончил 8 классов и курсы бухгалтеров. Определением Военного Трибунала Сибирского военного округа 3 апреля 1956 года реабилитирован. Произведенной проверкой и анализом материалов архивно-следственного дела, установлено, что все лица, проходящие по делу (27 человек) были привлечены при отсутствии их вины, на одних самопризнаниях. Петр Иванович в своих жалобах в 1939-40 годах указывал, что он никакого преступления не совершал, а показания свои дал необоснованно.
Лес рубили, и щепки летели не один десяток лет.
