Кихну – это остров напротив Пярнуского залива в Эстонии. 27 миль по прямой от порта Пярну. Хотя порт громко сказано, скорее портопункт. Йынн - это имя. Эстонское имя. Где еще найдешь слова начинающиеся на «Й»? В эстонском языке. Йыхви например. Это город на северо-востоке той же Эстонии. Подробно, про Кихнуского Йынна, читаем…
Посреди Атлантики, вдруг, стало тяжело вставать с койки и подниматься по трапу на мостик. Тянуло внизу живота и явственно болело. Через пару дней боль стала невыносимой, пришлось сдаваться судовой докторше. Докторша мяла, щупала, слушала, постукивала и вынесла решение – аппендицит. Никаких анализов на судне, разумеется, не сделать, диагноз только на выпуклый докторский глаз. Пришлось поверить. С мостика решил не уходить, чтоб меньше тревожить болячку.
До ближайшего берега четверо суток ходу. Запросил пароходство сдаться французам на операцию, сразу, на подходе к Уэссану. Балкер без кранов, 7 трюмов, санитарному вертолету – садись - не хочу !
В пароходстве перепугались и стали уговаривать, потерпеть до Новоталлинского. Пообещал потерпеть, но подготовил себе все телефоны служб спасения в Ла-Манше, Британские и Бретонские, то бишь Французские.
При хорошем раскладе и везении, меня, прооперированного, могли-бы через сутки вернуть на судно и при наличии доктора на борту, домчал бы, как миленький. И американская пшеница в трюмах может постоять сутки, не прокиснет. Но докторша, начитавшись справочников и пособий, проявила инициативу и обколола меня лекарствами снизу до верху, убрала боль, уменьшила тяжесть и к Английскому каналу я уже передумал звонить на берег и волновать пароходство.
До Новоталлинского дотерпел, на следующие сутки передал дела и поехал на заклание в больницу жены. Там долго со мной не разговаривали, привели в бессознательное состояние и порезали, как могли. С одной стороны, жена – врач – это хорошо. Не пропустит мимо симптом и вовремя ужалит таблеткой. С другой стороны – и сами медики и члены их семей, всегда болеют дольше и тяжелее, не связанных с медициной граждан. Такая вот у них карма.
Моя карма меня тоже не подвела, операция была длинной, не простой и выписался только через 10 дней с «запретом на профессию». Три месяца ничего, тяжелее рюмки, не подымать, работать можно только сидя и ручкой на бумажке. И то, через месяц, после выписки. Через месяц инспектор в кадрах предложил на выбор: службу мореплавания или коммерческий отдел. Выбрал, конечно, службу и не прогадал.
На моих глазах проходил весь процесс создания первой в СССР независимой, коммерческой организации по отправке моряков на работу под иностранный флаг. Назвали ее «Эсман», с намеком. Организаторы суетились, что твои местечковые евреи на воскресной ярмарке, не смотря на эстонское происхождение самих организаторов. Гольдштейн, к тому моменту, уже ушел на пенсию, и я не мог припомнить ему сдачу техминимума в 1980 году.
Организована вся эта затея была под крышей «Клуба Капитанов Эстонии», тоже первой в Союзе подобной организации, возникшей буквально год-полтора до этого и уже успевшей, не побоявшись московских партийных и министерских чиновников, вступиться за капитана т/х «Адмирал Нахимов». Вот за это им честь и хвала. Я в клубе не состоял, не успел вписаться, потому как рано и навсегда ушел под разноцветные флаги с петухами и попугаями.
Два месяца, проваляв дурака в Службе мореплавания, попросился на судно, но не смог пройти медкомиссию, в море не пустили, зато пустили поплескаться у берега – отправили на паром «Сурупи», почти моего ровесника, бегавшего из Пярну на остров Кихну, когда набиралось пассажиров, или одна – две грузовые машины с товаром для островного магазинчика, или кто-то из селян вез стройматериал, или что то другое, габаритное. Пятьсот, ну около того, жителей на четыре деревни, рыболовецкая артель, рукоделие, огороды. Местные эстонцы – православные, но по-русски не говорят, да им и не с кем. Есть большой, старый маяк, красивый бережок, усеянный валунами, на противоположном от причала берегу острова, пожалуй и все достопримечательности, на тот момент.
Работа – не бей лежачего. Собрался на борту народ, душ четыре - пять, выхожу на остров. Не набралось душ – переносим выход на следующий день, если на острове не набралось встречных, желающих проехаться в Пярну. Ночевка у причала в Пярну. Если вдруг задует, баллов за пять - шесть, то не выходим обратно, заночевать можно и на острове, крепче привязавшись к деревянному причалу и к соснам на берегу. Но если, не дай Бог, действительно разыграется шторм, то оторвет от берега вместе с причалом и дровами к чертовой матери, поэтому внимательно слушали по радиоприемнику сводку погоды по региону, от Эстонского радио.
Продолжение ждите через пару тройку дней. С наилучшими пожеланиями, Ваш Odisseos.
Мои дорогие подписчики и уважаемые читатели! Вышла первая книжка моих коротких морских историй. Приобретайте, читайте, получайте удовольствие: https://www.litres.ru/odisseos/plavat-po-moru-neobhodimo/