Прочитать что-то из Бориса Штерна (современного фантаста, а не советского классика, того я давно уже знаю и люблю) мне неоднократно советовали постоянные читатели и подписчики канала, то есть люди, чье мнение я ценю и уважаю. Мне все никак было не добраться, и вот наконец я прочитал его роман «Феникс Сапиенс».
Вот теперь настает момент, когда мне надо собрать волю в кулак, и не превратить статью в панегирик этой книге. Потому что «Феникс Сапиенс» показался мне по-настоящему прорывным, светлым пятном в современной русскоязычной фантастике.
Современное рынок фантастической литературы сейчас прочно захвачен примитивными любовно-романтическими опусами, кокетливо замаскированными под «фэнтези», не менее примитивными апокалиптическими боевиками, бесконечными «студентами-попаданцами», наставляющими условного Ивана Грозного на путь Истинной Империи и прочей штампованной белибердой. Научная фантастика ведет примерно такое же существование, какое вели наши далекие предки-млекопитающие в эпоху динозавров: прячется где-то в подлеске, в глухой тени, выискивая себе на пропитания крохи редкого читательского внимания.
Собственно, и «Феникс Сапиенс» был издан тиражом в 2500 экземпляров исключительно благодаря краудфандингу, что одновременно и радует, и огорчает. Радует — потому что кому-то все-таки такие книги нужны, огорчает — что они, очевидно, не нужны издателям…
Позвольте, скажут мне те, кто книгу читал, но ведь «Феникс Сапиенс» - это именно что постапокалиптика, описывающая с нескольких точек зрения историю падения и возрождения человеческой цивилизации! И да, формально они будут правы.
Но елки-палки, как же эта книга отличается от идиотских приключений обвешанных оружием безмозглых амбалов, которые сейчас считаются «постапокалиптической фантастикой»! Словно чем-то шестидесятилетней давности дохнуло со страниц, настоящим оптимизмом и верой в силу разума, чем-то, что мы почти забыли со времен Кларка, Саймака и Ефремова.
Роман описывает (в несколько этапов) историю возрождения человечества, почти полностью погибшего в неизвестной катастрофе, с момента которой прошло больше десяти тысяч лет и целый ледниковый период (спойлер: потом с катастрофой прояснится, и нет, это не мы сами, это природа). От последних племен, опустившихся в неолит, обратно — к науке и технологии, к исследованию протаивающих сквозь отступающие ледники руин сгинувшей великой цивилизации. К пониманию великого вопроса: «Откуда мы пришли? Кто мы? Куда мы идем?»
Героев книги можно условно разделить на три группы по времени их жизни. Во-первых, это те самые неолитические люди, первопроходцы, покинувшие свое племя, пойманное в ловушку традиций и обычаев, чтобы найти путь к новому будущему. Во-вторых, это представители возрожденной цивилизации, в основном - ученые, исследующие прошлое в поисках своих прародителей, как тех самых первопроходцев, три тысячи лет положивших начало возрождению, так и сгинувших еще десятью тысячами лет раньше великих предков, от которых остались лишь поражающие воображение руины.
Но есть и третья группа, которая как бы «закольцовывает» сюжет романа — группа последних выживших в мировом катаклизме людей, которые как раз и становятся основой того самого неолитического племени, которое сумело пронести искру разума через темные тысячелетия. Житель Санкт-Петербурга оставил своего рода «капсулу времени», свой дневник, в котором описывается как он со своими друзьями и родственниками боролся за выживание и как они приняли решение переселиться туда, где их потомки смогут выжить и — когда-нибудь — возродить цивилизацию.
Штерн умышленно придает всем трем группам определенное сходство (что отмечают и персонажи книги — самые дальние по временной шкале потомки), и даже дает ему почти научное объяснение (не стану вдаваться в детали, читайте сами). Но самое главное в романе — ощущение надежды и веры в то, что мы все преодолеем, даже самое страшное, и цивилизация возродится.
Уже прочтя книгу, я размышлял о поднятых в ней вопросах, и пришел к выводу, что на самом-то деле человечество уже пережило однажды катастрофу цивилизационных масштабов (пусть даже и не распространившуюся на весь земной шар). Падение римской цивилизации по-настоящему отбросило нас назад на несколько столетий. «Темные века» названы так не без причины, наука, культура, технологии действительно страшно деградировали, и нам потребовалось немало времени, чтобы выкарабкаться из пост-римской цивилизационной «ямы». Но справились!
И потому лично у меня все-таки теплится надежда, что невзирая не все наши усилия по самоуничтожению, если не наша цивилизация в ее современной итерации, то хотя бы наши потомки пронесут великую искру разума в далекое будущее.