Снилось обыденное.
Улицы, дома, разговоры в кафе. И вдруг, заглушая ворчание кофемашин и гул голосов, слово: помоги!
Прежде чем ушами, кожей почувствовала. Вздрогнула.
И еще раз. Уже четко, как молотком по барабанной перепонке: помоги!
Обернулась.
Нет столиков с белыми скатертями, венских стульев, официантов и ванильного дымка над латте макиато.
Холмы с густым ельником, закат. Крутая тропа, огибающая гору, на вершине которой не то замок, не то аббатство. Эстэтика Умберто Эко. Сесть и любоваться.
Но в третий раз: помоги!
Одним вдохом переношусь на звук. И вижу: сын! Меж двух скал подвесной веревочный мостик. Один трос оборван. И сын, ухватившись за тот, что цел, балансирует над пропастью.
Сын на себя не похож. Скорее на юного рыцаря, или оруженосца. Волосы до плеч. Кольчуга. Чумазый до ужаса. Но я же знаю, вижу не глазами, а чем-то изнутри, что это мой сын.
Сердце стучит так, что больно.
Будто крутой голливудский оператор мне показывает: побелевшие, сведенные судорогой пальцы мальчишки, сбивчивое дыхание, молящие глаза.
Что я могу сделать? Безысходность накрывает целлофановым пакетом, который надели на голову жертве.
И тут осознание: это же сон!
Значит, я могу все!
Каким-то невероятным способом отталкиваюсь от обрыва ногами, перепрыгиваю через пропасть, в полёте подхватываю сына и вместе с ним благополучно приземляюсь на противоположной стороне.
Пару минут молчим.
Сын первым приходит в себя:
- Благодарю , - говорит.
Странно, что это мой сын, думаю. Он совсем на себя не похож. Но разве внешность имеет значение?
Сын с ужасом заглядывает в пропасть:
- Господи, я же мог убиться...
- Запомни, - улыбаясь, провожу пальцами по мягким, вьющимся волосам. - Человека убивают не обстоятельства, его убивают мысли.
И проснулась ...
День-круговерть: йога, душ, приготовление завтрака. Сын - мой привычный, восьмилетний, из этой реальности - вбегает на кухню.
- Мама, мне такой сон приснился! Я рыцарем был!
Роняю лопаточку, которой блинчики переворачивала.
- Столько приключений, - тараторит. - Я по веревочному мосту переходил, не знал, что это ловушка недругов. Трос оборвался. И я повис над пропастью. Думал, разобьюсь. Стал звать на помощь. И тут, представляешь, прилетел какой-то волшебник и спас меня!
Один блин нещадно подгорел.
Киваю сыну.
Блин летит в мусорку.
- Этот волшебник ещё мне что-то важное сказал на прощание, но я забыл... Черт! Что-то... про не сдавайся, не убивайся... мысли ... , - у сына морщинки на лбу от напряжения.
- Человека убивают не обстоятельства, его убивают мысли, - говорю.
- Точно! - подскакивает сын.
И смотрит на меня глазами того чумазого оруженосца из моего сна.
Моего ли?..