Мы с подругой заходим в кафе. Время обеда. Я ограничиваюсь чашкой американо с корицей. Подруга удивленно качает головой.
- И все?
- Я хорошо позавтракала. Не проголодалась еще, - говорю.
- А что ты ела на завтрак? – спрашивает она.
- Манго и голубику.
- Понятно, - говорит подруга, вроде как равнодушно констатируя, но мне мерещится осуждение. Возможно, это моя фантазия. Раз мерещится в другом, значит надо поискать это в себе, размышляю.
– Мне экзотические фрукты зимой не по карману, - добавляет подруга.
- А что ты ешь на завтрак? – тихо интересуюсь.
- То же, что и все. Сосиски, яичницу, хлеб.
Задумываюсь, что себестоимость моего завтрака выходит ненамного выше (а может даже и меньше, учитывая, что манго и голубику я купила в Ашане) завтрака подруги.
Вслух ничего не говорю. Потому что, знаю, чем буду парирована: у меня другие потребности, я не птичка, чтобы питаться половинкой манго и горсткой ягод.
Все правильно.
Все люди разные. Тела разные. Подражать кому-то в плане пищевого режима так же глупо, как с ногой 39 размера пытаться влезть туфельки 36. Или наоборот.
И все-таки.
Мысли роятся: есть по привычке, «то же, что и все»? Ходить «как все» на работу, которая не дает вздохнуть? Сохранять отношения, которые делают тебя несчастным, потому что «все так живут»?
- Надо бы похудеть к отпуску, — вздыхает подруга. И заказывает большую порцию пасты с телятиной. И тиримиссу на десерт. — А как худеть? Погода мерзкая, я мерзну. Работы вал. Если я не буду нормально питаться, я просто сдохну от истощения и тоски.
Я молчу. Не заводить же дискуссию, что значит «нормально питаться».
- Тебе хорошо. Сыта святым духом. И не знаешь, что такое стрессы заедать. Да на йогу свою бегаешь бесконечно. А у меня нет таких возможностей.
Привет, зеркало!
Я тоже все никак не могу написать книгу, как мой учитель Йоги советует. Или запустить канал, как просит мой Остеопат. В конце концов, начать свое дело, как наставляет муж.
У меня же нет таких возможностей. У других вот есть.
Ох, знаю какую татуировку себе на лбу сделаю:
«Жить - не тужить, никого не осуждать, никому не досаждать, и всем мое почтение»