В Берлине мой письменный стол стоял у окна. Сотни дней я провела, поглядывая из этого окна на улицу Сименсдамм, проезжающие мимо машины, похоронное бюро и кабинет подолога в доме напротив. Этот желтый дом с красной черепичной крышей навсегда останется в моей памяти.
Нашу историю переезда и поиска квартиры я изложила в одной из предыдущих статей.
Закрывая глаза, я могу вспомнить его в мельчайших деталях: помню, как падали на него густые ровные тени балконов и смутные тени пролетающих птиц, как соседи курили и пили кофе на балконах, как на месте кабинете подолога открылась дёнерная и в один (не очень прекрасный) день они повесили неоновую вывеску, которая ярко освещала нашу гостиную по ночам. Хорошо, что окна спальни у нас выходили на другую сторону.
Ежедневно я сидела за моим письменным столом у окна. Ежедневно я смотрела в окна дома напротив, наверное, они там так же смотрели на меня. Неизведанные жизни, судьбы. Так близко и так далеко.
Заметны лишь небольшие перемены за окнами: то повесят сушиться рубашку прямо у окна, то сдвинут или раздвинут шторы. Кто-то оставил сумочку в окне напротив. Вот и все перемены с точки зрения стороннего наблюдателя, пейзаж за окном ничуть не меняется.
Ещё я вижу машины, которые проплывают мимо: все спешат по делам, но без остервенения, как это было в Москве. На нашем балконе (его тоже было видно из окна) иногда сидел голубь. Любопытный, косился на меня, вертя головой. Но стоило мне отвернуться, как он исчезал.
Одно окно в доме напротив особенное — в нем часто сидит мужчина, он, как и я, работает за столом. Если за его спиной, в гостиной их квартиры, открыта дверь, можно увидеть узкую полоску света — окно с противоположной стороны дома, выходящее во внутренний двор.
Я думаю, что эта видимо-невидимая тонкая полоска света из дальнего окна, сродни тому, что мы знаем о мире, мы видим лишь небольшую часть и то, только если нам позволят. Как бы мы ни старались, мы не можем увидеть чужой внутренний двор — мысли, истинную личность человека, — выглядывая из своего окна дома напротив.
И что мы увидим? Как и тени на стене в Платоновском мифе о пещере, такое знание будет смутным, отрывочным и зачастую вообще неверным.
Мы можем хорошо разглядеть лишь фасад, открытый всеобщему обозрению. В дальнее окно души мы можем заглянуть только если нас пригласят зайти в гости.
Я думаю, то же самое применимо и к эмиграции. Мы видим дальние страны сквозь узкую щелку медиа, личного восприятия отдельных знакомых и блогеров. И чаще всего видим красивый фасад, то, что скрывается под этой скорлупой — как хорошее, так и плохое — нам показывают гораздо реже.
Понравилась статья? Не стесняйтесь поделиться Вашими мыслями в комментариях! Возможно, эта Вам тоже понравится:
Подписывайтесь на канал, здесь я описываю опыт эмиграции и возвращения в Россию, сравниваю и рассуждаю. Все рассуждения собраны под тегом #размышления бывшей эмигрантки
До новых встреч! 🖤
