Самолёты дальней разведки мотались в небе часами. У каждого Пе-2 были ещё дополнительные баки, подвешенные между мотогондолами.
Их делали из устойчивого к бензину прессованного картона. Такие баки позволяли самолёту-разведчику продержаться в воздухе ещё почти полтора часа.
Но бывало, что и такого запаса не хватало. И тогда наши лётчики шли на вынужденную посадку.
«Пешка» шла из немецких тылов, в этот раз задание было сложным, но пилоты справились.
На самом подходе к «ленточке», так называли линию фронта, к Пе-2 прицепились два мессершмитта. Хорошо, что стрелок вовремя их заметил в предрассветной мути.
«Пешка» резко пошла вниз, выходя к позициям немецких зенитчиков.
Те ждали пару минут, пока в сторону отвалят немецкие истребители, за это время Пе-2 проскочил над зенитками, и резко набрав высоту, скрылся в облаках.
Штурман заметил несколько трассеров, мелькнувших справа внизу, и на этом инцидент и окончился.
Но пока шли в облаках, определялись с местонахождением, горючее начало подходить к концу.
Всё таки наконец был взят верный курс и Пе-2 вынырнул из облаков уже над нашей территорией.
Однако, бензин подходил к концу и штурман доложил командиру, что до аэродрома его не хватит. Придётся идти на вынужденную посадку.
Пилот начал высматривать подходящую площадку, поглядывая на приборы. Вот и поле, вроде бы можно сесть.
Площадка ровная, выпускаются шасси. Иначе, если садиться на брюхо, самолёт потом не восстановить, его весь порвёт, да и управление посадкой теряется.
Удар об мёрзлую землю, подскок, ещё удар и самолёт побежал по полю, пилот прижал тормоза, остановился. Все целы, самолёт исправен, но без горючего.
Добрались до телефона, позвонили на аэродром. Оттуда вскоре пришла машина с бензином и механиками.
И тут то и выяснилось, что взлететь Пе-2 не сможет, места мало для этого.
Лётчик вместе с механиками несколько раз измеряли поле в разных направлениях, и так, и этак, ничего не получалось.
Выход был один демонтировать, то есть разобрать самолёт, погрузить на машины и везти на аэродром, до которого всего только лишь двадцать пять километров.
Механики ругались, так как Пе-2 это не истребитель. У того крылья снял, хвост занёс на грузовик и так и вези, крылья в кузове.
У «пешки» надо было снимать крылья, два мотора, шасси, хвост и прочее.
И тут один из механиков посмотрел на шоссе, проходящее рядом. Он и сказал раздосадованному лётчику, что может быть, доехать своим ходом по дороге.
Взлететь с него не получится, потому что шоссе петляет, а проехать можно запросто.
Заправили самолёт, завели моторы и поехали. Грузовик сзади идёт.
Над шоссе тучи снега и пыли, два мотора мощно разгоняют воздух, тот и поднимает облака.
Встречные машины сворачивают в стороны, шофёры крутят мальцами у виска, пилоты и механики усмехаются.
Уже почти доехали, осталось километров семь, как добрались до мостика через небольшую речушку.
Там стоит девушка из военной автоинспекции, регулирует движение. Она и остановила пешую поездку Пе-2.
Дотошная и строгая девушка оказалась.
Потребовала остановиться, начала спрашивать документы, где, дескать, командировочное предписание на проезд самолёта и прочее.
Никак не удавалось уговорить регулировщицу.
Тогда механики на грузовике мотанулись на аэродром, оттуда командир полка позвонил в штаб Северо-Западного фронта.
Там понять не могут, что происходит. Почему самолёт не пускают сотрудники военной автоинспекции, как вообще такое получилось.
Наконец, разобрались. Дело дошло до командующего фронтом. Дали команду регулировщице, та пропустила Пе-2. И тот через полчаса был уже на своём аэродроме.