Евгения Ивановна Мак-Гилль — так на русский манер называли Джейн Мак-Гилл, купчиху шотландского происхождения, вдову Роберта Мак-Гилла и почётную горожанку Москвы.
Именно её дом на Каланчёвской улице стал первым каменным зданием в городе, передвинутым на новый фундамент. Как это произошло и при чём тут железная дорога?
Как и обещала в посте про Саввинское подворье, рассказываю.
До своей смерти в 1893 году Роберт Мак-Гилл успел сделать немало. Он возглавлял многие товарищества, развивал текстильную промышленность подмосковного Высоковска. Овдовев, Евгения Ивановна стала жертвовать деньги на благотворительность в память о муже.
В 1897 году оказалось, что каменный дом, в котором проживала вдова, мешает расширению товарной станции Николаевской железной дороги. Двухэтажный особняк был совсем новым и добротным, и Осип Маркович Федорович, профессор Московского института инженеров путей сообщения, предложил его передвинуть.
До того каменные дома в Москве не передвигали, успех проекта был неизвестен — но терять было нечего, ведь дом всё равно был обречён на снос.
Федорович использовал как собственные разработки, так и известный на тот момент опыт американских строителей. В стенах особняка проделали отверстия, в которые заводились металлические балки: чтобы постройка не развалилась, соорудили нечто вроде каркаса, временно заменявшего фундамент. Позже эта технология применялась и при перемещении зданий в советской Москве.
Для того, чтобы уменьшить вес, в особняке разобрали печи, вынесли мебель, сняли оконные рамы и дверные проёмы и даже сбили старую штукатурку.
Под раму, созданную вокруг дома, поставили катки, и при помощи домкратов здание двигалось по специально проложенным рельсам. С помощью конной тяги особняк размером 13х21 и весом 1840 тонн переместили на сто метров.
Успех передвижения принёс славу и инженеру, и вдове. Применённая технология получила название «метод передвижки Федоровича», а предприятия, которыми владела Мак-Гилль, получили дополнительную рекламу. Все работы оплатила Евгения Ивановна.
Усилия, предпринятые для сохранения особняка, сегодня кажутся немыслимыми: вообразить себе настолько сложные и дорогие работы в современной Москве трудно. Несмотря на это, сегодня дом Мак-Гилль медленно разрушается: здание заброшено, на его крыше растут деревья.
Судьба самой Мак-Гилль тоже оказалась трагичной: во время Октябрьской революции её дом разграбили большевики, а её саму выгнали на улицу. Евгения Ивановна скончалась в 1918 году в том самом доме пастора при англиканской церкви, который некогда построила.
А вот англиканская церковь святого Андрея, несмотря на участие в революционных событиях и драматичную судьбу, сохранилась и сейчас действует. Но о ней — в другой раз.