Элис смотрит на меня с благодарностью, ёкает сердце, ага, есть, клюнуло, так глядишь она перестанет быть чьей-то там невестой...
Гора задумывается – я представляю себе, как вертятся каменные мысли в её каменной голове, перекатываются тяжеловесными шестеренками. Наконец, когда ожидание становится невыносимым, Альма отвечает:
- Я могу отпустить кого-то одного...
Смотрю на Элис, на гору, благодарно киваю горе, что сберегла Элис, хоть на этом спасибо, что пощадит хотя бы Элис...
- ...а почему Элис? – спрашивает Сет, - что сразу Элис-то, можно подумать, кроме Элис здесь нет никого?
Фыркаю:
- Что предлагаешь, тебя отпустить?
- Жребий предлагаю кинуть...
- Вот так вот, значит, ты меня любишь, да? – вспыхивает Элис, на бледном лице проступают красные пятна.
- А ты меня не любишь? – парирует Сет, - это только я тебя любить должен, а ты мне ничего, да?
- Не слушай его! – кричу горе, - не слушай, слышишь? Выпусти Элис, слышишь, выпусти Элис!
Элис понимает, благодарно кивает, бросается куда-то в никуда, где гора уже услужливо открывает перед ней потаенные тропки. Я слишком поздно вспоминаю, что у Сета есть револьвер, а вот Сет вспоминает как раз вовремя, чтобы прицелиться в бегущую Элис, которая на свою беду оборачивается, чтобы посмотреть на меня – в последний раз... Как в тумане бросаюсь к Сету, пытаюсь удержать его руки, грохает выстрел - сам не понимаю, как толкаю Сета, это не я, это не я толкнул Сета, говорю я себе снова и снова, когда Сет исчезает в глубине бесконечного обрыва...
Это не я, говорю я себе, это не я, это он сам – главное, перестать чувствовать его плечи под моими руками, когда я толкнул его, не чувствовать, не чувствовать, этого не было, не было, не было, он сам, он сам, и вообще, если бы я этого не сделал, он бы застрелил Элис, а так... поворачиваюсь к Элис, что, как, почему, нет, быть не может, надо заткнуть рану, делать массаж сердца, интересно, как делать, если сердце разорванно в клочья проклятым выстрелом...
- Здорово, - вздыхает гора, я вздрагиваю, когда чувствую её вдох.
- Вы... вы знали, что так будет?
- Знаете... я догадывалась... насколько я начала понимать вас всех... я догадывалась, что случится вот так... Чего я только не видела, чего я только не напишу в своей истории....
Хочу наговорить ей, чтоб она провалилась со своей историей, а еще лучше вернуться сюда с динамитом и бульдозерами, разнести эту гору к чертям, стоп, она же мысли мои читает, да и вообще, можно подумать, это что-то изменит, мертвых не воскресить...
...понимаю, что мне не остается ничего кроме как спуститься с горы, тропинка есть, как гора и обещала, проклятая гора, что она вообще наделала...
.
- ...так значит, вы их убили...
- ...что вы, господин следователь, во-первых, не их, а Сета, во-вторых, я и его не хотел, так вышло, я Элис защищал...
- Да нет же, дело-то не в этом... ловко вы все это провернули с горой...
- Что... провернул?
- Ну не надо, не надо делать большие глаза, мы, знаете, тоже знаем, что такое программы изменения голоса, и что такое динамики в телефоне, мы тоже все знаем. Кого вы вообще пытаетесь обмануть, говорящая гора, кто в это поверит...
- А вы оказались умнее, чем я думал...
- Очень рад. Вы арестованы.
.
...гора дописывает последнюю строку, ставит точку, ай да гора, здорово у неё получилось. Теперь в издательство, скорее, скорее, и пусть там кто-нибудь хоть слово скажет, что гора не знает, о чем пишет – знает, еще как знает, сама видела все это собственными глазами, даром, что нет у горы никаких глаз...
.
- ...вот видите, видите! Я ни в чем не виноват!
- В смысле... не виноваты?
- В смысле... это же гора все написала... гора написала эту историю, про меня, про Сета, про Элис, придумала, что я поставлю динамики на горе, запишу туда свой голос, измененный в программе... удивительно.
- Да, и правда что-то невероятное...а вы меня чуть не обвинили...
- Действительно... что же... вы свободны...
.
Сет выходит от следователя, прячет за пазухой рукопись, главное, чтобы никто не нашел историю про говорящую гору, тогда никто не узнает правды...