Меня снова обвинили в том, что я романтизирую расстройства и синдромы. Что все дети с аутизмом агрессивны, что они и «Дауны» (дословно, за это последовал уже блок), глупы и никогда не смогут ничего добиться в жизни. Ну, что-ж, хочу отметить, что не нужно агрессивно и некорректно реагировать на мои статьи. Вы можете культурно высказать возражения в комментариях, как это делают многие другие люди. А кроме того, я ничего не романтизирую. В описании канала четко сказано, что это мое личное мнение (тут, что касается разговорных статей), а статьи исследовательского характера, которые я выкладываю, подкреплены доводами специалистов, многолетними наблюдениями, тестированиями и так далее. Я не говорю, что у вас не может быть своего мнения, но я за конструктивный обмен опытом.
Так уж если зашла речь об этом, давайте поговорим об агрессии при аутизме.
Почему дети с аутизмом проявляют агрессию или аутоагрессию?
Начнем с того, что сам по себе диагноз не подразумевает агрессивное поведение и это не является симптомом либо признаком расстройства. Факт уже давно доказанный и, в принципе, никаких предпосылок в механизме патологии для этого нет!
Однако, действительно, зафиксировано, что дети с расстройством проявляют негативное поведение чаще, чем их сверстники, у которых его нет или те, кто также обладает просто диагнозом «умственная отсталость» без сопровождающей патологии.
Причин множество:
— острый сопровождающий психоз;
— гиперчувствительность при отсутствии возможности объяснить свой страх, раздражение или желание, а также «незначительные» для других людей эмоциональные факторы;
— перегруженность организма от провоцирующих факторов;
— повышенные требования родителей;
— побочное действие лекарственных препаратов;
— физическое насилие, наказания физического характера;
— педагогическая запущенность.
Ребенок может проявлять аутоагрессию, то есть, вредить себе или наносить вред окружающим людям, предметам.
Я знаю огромное количество случаев, когда детей с аутизмом помещали родители в ПНИ из-за «пиратского» поведения и ощущения исходящей от них опасности. Я не осуждаю этих людей ни в коем случае, так как это все действительно не легко. Психоневрологические расстройства детей — это самый тяжелый родительский бич. Я НЕ БУДУ ОБСУЖДАТЬ здесь тяжелые и безвыходные психослучаи, когда человеку реально необходима психиатрическая помощь и наблюдение врачей, а родным психологическая поддержка. Мы говорим об иной ситуации.
Следует отметить, что случаи именно педагогического нежелания родителей заниматься с ребенком, изначальная слабая информированность об особенностях расстройства и усталость, являются частой причиной отправки детей в ПНИ. Также это не редко происходит по вине того, что на стадии пренатальной диагностики нет скринингов на аутизм, а заниматься с особенным ребенком готовы, откровенно, не все.
Есть и другая ситуация, когда родители искренне любят малыша и верят, что временное пребывание в учреждении, исправит ситуацию. Да, некоторые сопровождающие психодиагнозы действительно можно купировать или пережить острую фазу до ремиссии (зависит от вида). Но невозможно «психушкой» исправить недостаток социализации, внимания или коммуникативную среду. Таблеток от аутизма не существует, есть только подавители, плацебо и успокоительные.
Еще одна проблема — родители не понимают потребности ребенка, создают его социальное одиночество.
Известный врач-психиатр Евгений Осин отмечает, что в большинстве случаев, агрессию аутистов в подростковом и позднем детском возрасте можно было бы предотвратить своевременной коррекцией малышей.
Есть комплекс терапевтических и социальных мер, направленных на интеграцию аутистов в общество, где они смогут научиться налаживать контакт со сверстниками, общаться и подавлять эмоции. Также, на специальных занятиях родителей учат общаться и понимать своих детей с учетом их индивидуальных особенностей. Существует даже специальная программа, разработанная для купирования ауто симптоматики, не только агрессии, но и других проблем. Причем она считается одной из самых эффективных. Это все не на словах, это доказанные факты, с официальными данными, которые никто не скрывает.
Но отчего же тогда все ими не пользуются?
Во-первых, в раннем детском возрасте, когда еще только обозначен диагноз, родители только начинают привыкать к роли мам и пап особенных детей. А аутизм — самое неизученное и спектрально обширное расстройство. Многие просто не знают, что можно получить какую-то терапевтическую помощь, дополнительные занятия, психологическую реабилитацию или помощь.
Во-вторых, в одной из моих статей, все-таки немного соглашусь с одним из комментаторов. В России пока еще недостаточно развита поддержка семей с детьми, имеющими ОВЗ. В тех же провинциях, селах и деревнях далеко не всегда есть даже инклюзивные классы для «легких» детей, что говорить про тех, у кого расстройство в тяжелой стадии и требуется коррекция с опытными психологами. Ладно, давайте правду, не везде есть детские психологи и психиатры даже, имеющие опыт работы с аутизмом. Про центры развития тут речи вообще не идет.
В-третьих, практически все центры и дополнительные виды терапии являются платными и не по карману родителям, получающим мизерную пенсию за детей-инвалидов, при невозможности выйти на работу в поисках нормальных средств к существованию.
В-четвертых, недостаточно развиты диагностические возможности, позволяющие выявить у ребенка дополнительные психические проблемы. Поэтому, в большинстве люди считают, что аутизм = агрессия.
Аутоагрессия и агрессия на моем опыте
Я не из тех, кто избежал этой напасти и вопит со своей колокольни как все легко и просто. Ярик также частенько бьет себя по голове, часто моими руками и весьма болезненно. Причем он уже в том возрасте и в той силе, когда миниатюрная я, на самом деле, с ним не справляюсь. Лично мне помогло то, что я научилась с ним взаимодействовать, но в первую очередь, огромное положительное воздействие оказала социализация. Когда он сидел в одиночестве, в своей комнате, видясь только лишь со мной, у нас были серьезные проблемы. Но когда он начал общаться со сверстниками, ездить в школу, когда мы начали углубленно заниматься его коммуникативной средой, мы значительно купировали аутоагрессию. К сожалению, такое действует не на каждого ребенка, но повторюсь, мы не говорим о тяжелых психосопровождающих симптомах.
Вообще, у меня примеров много. Но хотелось бы отметить одну девочку, с которой мы познакомились в больнице. На тот момент ей было года 4 и девочка действительно была расторможена психоэмоционально. Она никого к себе не подпускала, очень боялась людей, кусала и била маму, сильно вокализировала, ломала предметы, игрушки. Мама была подавлена. Девочке проводили лекарственную терапию и родители считали, что она ей очень помогает, на самом деле, просто подавляла. Уезжала из больницы я расстроенная, мне было очень жаль малышку. Прошло 3 года, а я все помнила о ней и неожиданно нашла в социальной сети, в группе для детей с РАС ее маму. И я просто нереально удивилась. Малышка пошла в школу, она заговорила, полностью исчезли все агрессивные черты. Все это, благодаря тому, что родители нашли какой-то очень эффективный центр, где с ними и дочкой активно занимались специалисты все это время. Да, она не вылечилась от аутизма, у нее очень много черт. Но она смогла адаптироваться в обществе и облегчить задачу родителям.
Все индивидуально. Спектр не имеет никаких четких границ. Но я искренне желаю, чтобы вы справились с этой проблемой максимально безболезненно для всех. Всем добра и всего самого светлого!