Расскажу две короткие мистические истории.
Первую я прочла много лет назад в местной газете. Довольно маленькая заметка, которую я, к сожалению, не сохранила.
В реестре славянской нечисти есть такое существо — аука. Род его занятий вытекает из прозвания: бегает по лесу и аукает.
Вроде бы не сильно пакостливый, по сравнению с другой лесной нежитью, дух.
Я ко всем существам из славянской мифологии отношусь с боязливым почтением. Мифология — это губка, впитавшая опыт тысячелетий. По-моему, насмешничать над ней как минимум нескромно.
При этом ассортимент всех этих созданий поражает разнообразием и проработанностью деталей. Водяной, леший, кикимора — это только самые топовые персонажи, на самом деле их десятки, если не сотни. Одних русалок столько сортов, что пальцев рук-ног не хватит, чтобы сосчитать.
Для чего люди столько напридумывали? Неужто просто от скуки? А может, просто пытались объяснить какие-нибудь странные явления, с которыми сталкивались чуть чаще, чем жители мегаполисов?
В моем богоспасаемом городе Красноярске есть великолепный заповедник Столбы. Место уникальной красоты с редкостно фотогеничными скалами.
Для многих жителей города Столбы — это образ жизни. Их покоряют ( увы, с неминуемым риском для жизни), гуляют по разным маршрутам, оставляют наскальные надписи "здесь был Вова", встречают рассвет...
Я навещаю заповедник примерно раз в два года, причем иду по самому банальному маршруту: дойди до скалы Перья, полюбоваться — и домой. Насчет ночевки в лесу я — пас. И до этого-то было боязно, но после той заметки...
В общем, газета взяла интервью у опытного "столбиста". Он исходил заповедник вдоль и поперек, причем в одиночку. И вот, среди рассказов про красоты природы и встречи с местной фауной в лице медведей, он упомянул это.
Ночевал он как-то в избушке. И вдруг из леса донесся крик. Что именно кричали — не помню, то ли "помогите", то ли просто "эй", но это было что-то лаконичное.
Голос был тревожный. Мужчина выбежал, но никого не увидел. Какое-то время он блуждал вокруг сторожки,пытаясь понять, что происходит, а голос издевательски звучал то справа, то слева. В последний раз крик донесся уже из самого домика.
Надо ли говорить, что там никого не было.
Я и без этой истории что-то такое подозревала. Потому что мой дедушка, светлая ему память, к Столбам был равнодушен, но зато любил ходить за ягодой в тайгу.
И вот однажды, после очередной экспедиции за дикой смородиной, он рассказал,что его толкнул кто-то в спину. Так сильно, что он упал. Дедушка в ужасе обернулся — и увидел... правильно, никого. Все, опять вся история. На сценарий для фильма ужасов не наскребешь, но охоту блуждать в одиночестве по лесу, и так почти нулевую, учитывая клещей и возможность легко превратиться из туриста в завтрак для медведей, эти истории отбили окончательно.
Потому что после какого-нибудь такого веселого "ау" мне точно будет эгегей.
Я частенько спрашиваю скептиков — если люди и придумывают эти истории, то для чего? Мне обычно говорят — хайп и деньги.
В мемуарах Феликса Юсупова, кстати, немало всяких мистических происшествий описано. Поезд-призрак, например. Да, хайп и деньги. Это явно предметы первой необходимости для отпрыска немыслимо богатого рода. Который и так прославился на весь мир из-за убийства Распутина. Он не то что волну, а целое цунами хайпа поймал. На ближайшую тысячу лет хватит.
У нас есть в культуре не только виктимблейминг, есть еще и витнесблейминг. Это я только что слово такое придумала. Когда виноватят человека, случайно ставшего свидетелем чего-то необъяснимого.
Человек увидел что-то, что не вписывается в материалистические представления, и его сразу начинают стыдить за это. Намекают, что это галлюцинации. Или результат длительных приятельских отношений с бутылкой. Ну или просто человек — фантазер.
Проблема в том, что мой дедушка в фантазиях не был замечен. И употреблял только по праздникам и только с дозволения бабушки.
Я помню, у нас была мода в семье использовать слова папа́ и маман, как в "Петербургских тайнах", которые без конца крутили по телевизору.
— И вот я была у папа́ на работе, — говорю я кому-то по телефону, и вдруг мои излияния обрывает окрик из кухни:
— У какого это попа ты была? Ты мне это брось!
Что поделать, дедушка "Тайны" не смотрел и в нюансах французского языка искушен не был. Зато от "опиума для народа" меня оберегал.
Так что он был последовательным материалистом. Но в лесу его толкнули. У меня нет основании ему не верить.
Славянская мифология — не фунт изюма. В лесу много всего необъяснимого. Лес — это целое море тайн.