Результативная обида. Продолжение
Дни покатились друг за другом. Днем Глаша помогала бабушке ухаживать за садом-огородом, потом они или гоняли на мотоцикле к озеру, или ездили в лес за грибами-ягодами. По выходным приезжали родители и дядя со своими детьми.
Над ней посмеивались, считая ее здесь житье наказанием, но у Глаши было на этот счет другое мнение. Она изрядно похудела, чего и добивалась, к тому же без интернета и телевизора жизнь оказалась гораздо интереснее, чем она думала. И, что ее ужасно удивляло – дни тянулись долго, почти нескончаемо, наполненные делами и старомодными удовольствиями.
Они с бабушкой много читали, обсуждая прочитанное. У бабушки были забавные, порой парадоксальные, взгляды, и Глаша много смеялась, слушая ее высказывания о любимых книгах и героях. Порой к ним на огонек приходил вечеровать их сосед дядя Гриша, немолодой мужчина, лишь немногим моложе бабушки.
Его жена терпеть не могла деревню и сюда почти не приезжала, а вот он каждое лето жил здесь, в Скошнино, отдыхая от шума и грязи большого города. Он бы с удовольствием и зимовал тут, но работа, как он шутил, сюда к нему ездить не будет – он преподавал в одном из колледжей города математику и физику. Вообще он был дядькой умным и веселым и Глаше нравился. Она даже как-то просил у бабушки:
– Бабуль, а ты замуж не хочешь? Мне кажется, дядя Гриша тебе об этом чуть ли не прямым текстом говорит.
Та аж руками на внучку замахала.
– Да что ты говоришь! Он, во-первых, женат, а потом я только-только жить начала, свободной себя почувствовала, а ты про кабалу?
Глаша аж растерялась. Какая кабала? Неужто бабушка свое замужество считала кабалой?
Увидев глаза внучки, пораженной ее словами, Наталья Ивановна обняла ее и печально произнесла:
– Знаю, ты нас с дедом считала чуть ли не идеальной парой. Да, мы жили лучше многих, довольно дружно, но тем не менее после его смерти я поняла, что была попросту прислугой. То принеси, это подай. У нас же как? Оба работают, но домой приходят – муж отдыхать ложится, он же устал, а жена по дому носится, детей обихаживает и мужа. Она уставать не имеет права.
Бабушка с сожалением покачала головой.
– Просто так втягиваешься в этот круговорот, что его и не замечаешь. А вот когда я осталась одна и от горя отошла, поняла, что жить-то мне стало и легче и лучше! Мы ведь с твоим дедом никогда ни в чем мнениями не сходились. Ему и сказать-то ничего нельзя было, он меня на смех поднимал. Типа дура я и больше ничего. Всю жизнь была бессловесной обслугой, причем дармовой. А теперь я наслаждаюсь свободой и никаких мужиков мне на дух не надо.
В этот вечер Глаша легла спать озадаченная и огорченная. Она-то была уверена, что бабушка прожила с дедом счастливую жизнь. А оказалось вовсе даже наоборот. Представив себе, как бы она сама жила с таким мужем, как брат, ведь тот и внешне и по характеру был похож на деда, скривилась. Да он бы просто довел ее до ручки своими нотациями, придирчивостью и язвительными шуточками. Спасибо, не надо ей такого сомнительного счастья!
На другой день, будто подслушав ее мысли, приехал сам Славка. Мрачный и чем-то жутко недовольный. На ее вопрос, что это с ним, лишь фыркнул, как разозленная кошка. Но бабушка с одного взгляда определила, что он со своей девушкой поссорился.
– Ты бы ее поменьше жить учил, глядишь, проку больше бы было, – напрямую выдала она ему. – Ты такой же нудный, как и твой покойный дед. И себя самым умным считаешь.
– Ага! – согласилась с ней Глаша. – Хотя с чего бы это, не понятно.
Братец возмущенно зашипел, но починка сломавшейся старенькой стиралки быстро привела его в тонус. Никуда не спеша, он остался на все выходные и к вечеру воскресенья уже вполне пришел в себя.
И только тогда заметил произошедшие с сестрой перемены.
– Нет, ты точно влюбилась! – констатировал он, взяв ее за талию и подняв в воздух. – Ты же растаяла, как снегурочка!
Перед внутренним взором Глаши на мгновенье мелькнула обаятельная улыбка парня, встреченного ею в Доме молодежи, и пропала.
– Ты что, все по своему гаврику сохнешь? Как его зовут-то? Бонифаций или Ксенон?
– Не придумывай, что ты не помнишь, как зовут Арка, – назидательно ответила Глаша и вдруг осознала, что сама-то она и не вспоминала о бывшем друге все эти дни. Хотя должна была страдать и мучиться, ведь дружили они много лет. А она о нем попросту забыла, и все!
– Это не он, понятно, – сделал логичный вывод Славка. – А тогда кто?
– Конь в пальто! – разозлилась Глаша. – Чего ты ко мне пристал? Это ты у нас любвеобильный, не успел с одной распрощаться, а уже прикидываешь, за кем ухлестывать начинать.
Он и не подумал отказываться.
– Все правильно. Только не прикидываю, а знаю.
– И кто же эта несчастливица? – поневоле заинтересовалась бабушка.
– На следующий год нам преподавать будет девица одна. Старше меня на какие-то пару лет, а уже кандидат физико-математических наук, блин! Вот ее я и попробую окучить.
– Да у нее и без тебя кавалеров немеряно, – Наталья Ивановна не верила в дипломатические способности внука, – раз она такая крутая.
– Да она далеко не красотка. У нас ведь как – если есть ум, то с красотой напряг.
– Аналог – «сила есть, ума не надо»! – сестра вывернулась наконец-то из его медвежьего захвата и показала ему длинный язык, одновременно вертя пальцами у висков.
Не дожидаясь наказания, подпрыгнула и, хохоча во все горло, помчалась на улицу.
– Ах, так! – взревел он и бросился вдогонку.
– Вот ведь дети, – Наталья Ивановна укоризненно покачала головой и принялась за стряпню.
Вернувшись после огородных трудов и увидев на столе груду своих любимых шанежек, Глаша жалобно посмотрела на бабушку.
– Вот зачем ты меня провоцируешь, а?
– Это ты к чему сейчас сказала? – Славка стряхнул на нее холодные капли с только что помытых рук. – Чтоб я вместе с тобой голодал, что ли? Так мне худеть-то некуда, я и так эталон мужской красоты!
В ответ Глаша только завистливо вздохнула. Вот ведь сколько не ест, а все не толстеет! Не в коня корм, это уж точно.
– Пару шанежек ты себе позволить всяко разно можешь, – успокоила ее бабушка. – Главное меру знать. И не заедать стресс пирожными, а разгонять его упражнениями. Вот я, когда плохо бывало, полы мыла. Причем не шваброй, а ручками. Поэтому у меня и сейчас живота никакого нет.
– Ты у нас совершенство, бабуля, – подлизываясь, сделал ей комплимент внук. – Нам есть с кого брать пример.
Когда Славка вечером в воскресенье уехал, Глаше стало уж очень скучно. И даже мелькнула мысль в следующий раз ненадолго вернуться с братом в город, хотя бы для того, чтоб узнать, что там нового в мире творится.
Да и с подружками хотелось бы встретиться. Она хотя и предупредила их о своем отъезде, но наверняка они ей и пишут, и дозвониться пытаются. Но она не поддалась зловредному искусу. Уедет на денек, да и останется. Нет уж, лучше избегать соблазнов.