Душа вкушала мерой скудной
По доле нищеты своей,
Отстав на шаг от многолюдной
Процессии к закату дней,
Любовь, что пряным ароматом
Пьянила, насыщала дух,
Он же над тленным казематом
Летел, всему мирскому глух.
Оставив смерть у смерти в лапах,
В небесной синеве паря,
Взирал на прах в янтарных ра̒ках,
Летел к истокам бытия,
К концу времён, когда истоком
Для мира нового явит
Свой лик Месси̒я! Он пророком
Судьбу былого предрешит.
Причастником юдо̒ли тщетной,
Из чаши благодатной сна
Вкушал я юность. Неприметной
Мне чудилась моя весна.
Сокрыл в душе̒ своей причуды –
Созвучий нежных перебор
В порывах юности, где блуды –
Невинности беспечный вздор.
По тропам страсти в Сад Веселья
Стремилась юная строфа,
В котором пили сласть, радели
В кельях Амура до утра,
А щедрость верною десницей
Дарила музыки разлив –
В ней серебро ручьёв лоснится,
Сливается в один мотив.
И звонких птиц весёлый гомон
Слетает с веток на луга
Поэм весёлых, нежным слогом
Звучит хрустальная река.
Здесь от щедрот природы вечной
Рождается изящно вязь –
Вечность поэм лозой беспечной,
Розария ночного князь.
В слезах поста̒ красот ланиты,
Менадой юной у ручья,
Диковинным узором свиты
Запреты. Их познал и я.
Но от посто̒в, запретов строгих –
Жестокой стражи подле них –
Родятся в мир любви дороги,
В Эдемский сад врата открыв.
Дверь отворилась еле слышно
В покои меры золотой,
Песня зашла в одеждах пышных,
Скрывая лик ночной фатой.
Познав однажды суть триады
Щедроты радости, тогда
Войдёшь, сокрывшись сенью сада,
Чтоб там остаться навсегда.
В эстампах зарослей зелёных
Деревьев, молодой листвой,
В прохладных травах томно-сонных
Здесь будешь вечно молодой.
Ручей своей хрустальной песней
Юность и меру воспоёт,
От радости вдруг станет тесно,
И птицей поцелуй вспорхнёт.
Девицей юной слог изящный
Игриво дарит реверанс,
И в танце солнечном кружащий
Её в ночи закружит станс.
Так птицы певчие меж прочих
Совьют изысканность зари,
Тогда здесь ты откроешь очи,
Меж роз хмельных, в саду любви.
Пройдёшь тропинкой неприметной,
К ручью, что отражает сад,
И в отраженье дивном этом
Узришь себя среди менад.
Увидишь в отраженье светлом,
Преданий древних череду,
Тех, что воспеты здесь поэтом,
Обретшимся в ночном саду.
Изгибы троп благоуханных –
Речей учтивых тонкий строй,
Тех, что сердец лечуют раны,
Теперь, поэт, твой дом родной.
Вот так в саду святых поэтов,
Единорогом среди трав,
Найдешь однажды ты всё это,
Тлен мира рифмою поправ.
Картина: Жан Оноре Фрагонар (1732 - 1806). Качели (1767).
