Редкая книга. Глава 4
В общем, с Андреем они больше не ссорились.
Конечно, никакого романа между ними не было. Это понятно. Он уже и не пытался особо. Пытался вообще-то, но осторожнее, что ли. Слов высоких уже не говорил, как когда-то. Так, приобнять, поцеловать, как бы в шутку, встречая ее отпор: "Андрей, ну хватит уже, а?", делал вид, что это просто игра. Обычная такая игра, игра-привычка. Ничего серьезного.
Да, наверно, так и было. Летом после сессии Андрей умотал на сплав, Иришка со своим Димой уехали на юга - "предсвадебное путешествие", как шутила подруга.
А Эле никуда особенно и не хотелось. Но надо было, наверно, отдохнуть, скоро опять учеба.
Она болталась в городе, помогала родителям в саду и ходила на реку. Там было хорошо. Очень хорошо.
Нравилось утром идти по пустым улочкам старой части города, небольшой рюкзачок за плечами, в руках ласты. Взгляды прохожих. Когда пересекала большой проспект, видела, как пялятся на нее, даже гудели из авто. Ну и что - не видели девушку с ластами? Не в них же она шла. Вот если бы прямо в них, было бы прикольно...
Да, прикольно... Очень прикольно.
Андрей, кстати, уехал на сплав не один - помирился со своей зазнобой. Еще лез... У Иришки тоже все хорошо, дело явно шло к свадьбе. И чего тянут, уже бы и зарегистрировались. Осенью, точно, поженятся.
Только она одна - не пришей кобыле хвост. Очень прикольно.
Один раз, она шла на пляж утром, но не рано, ей попалась навстречу компания. Не пожилые, но такие, лет около сорока, наверно, мужчины. Она их увидела издалека - шли навстречу. Тротуар пустой и не больно-то широкий в этом месте.
Ну шли - и шли, дорога для всех. Но когда эта компания стала приближаться, ей стало как-то не по себе, даже и непонятно почему. Хотя, нет, понятно. Чем ближе, тем понятнее. Пялились на нее, откровенно, с таким... мужским интересом. Более чем откровенно!
И что - перейти на другую сторону? Машин-то вроде бы нет, улица не магистральная, а с утра, да еще в будни, практически свободная.
А что они ей сделают? Но она немного напряглась. Вид-то у нее - шорты короткие, топ на тоненьких лямках. Девочка из песочницы, совочка не хватает.
Мужчины приблизились уже вплотную. Бежать раньше надо было, переходить надо было на другую сторону! А вдруг схватят ее, затащат - да за любой дом, в какие-нибудь кусты. Нет ведь нигде никого. Пусто!
Окружили ее и не давали пройти. Ну что вам надо, придурки? Стояли, ухмылялись:
"Спортсменочка... Зайка какая".
И один:
- Слушай, Машуня, ты мне когда ключи-то отдашь?
И всеобщий ржач. Ну очень смешно!
Всю просто раздели глазами. Всю обсмотрели - и дальше пошли, довольные. Вот гады.
Сердце стучало, как бешеное.
На пляже Эля долго не могла успокоиться. Расстелила покрывало и легла, даже голову не закрыла от солнца. Даже, кажется, плакала немножко. Им-то что - повеселиться только. А она, правда ведь, испугалась так. О чем только думают? У них у самих дочки, наверно, почти такие, как она, немногим младше. Приятно им было бы, если бы с их дочками-то так? Идиоты...
На пляже, конечно, уже вовсю играли в волейбол. Ну как играли - не через сетку, а перебрасывались, стоя в круге. Тоже, впрочем, неплохо. Она часто играла с парнями - вот так. Девушек в кругу почти никогда не было. Присоединялись, но уходили быстро, не выдерживали такой скоростной игры, и особо снисходительно к ним в кругу никто не относился. За кругом - да, но не во время игры, такие эпитеты летели, в общем, ничего неприличного, но обидные слова-то. Девушки уходили. Здесь, в кругу, во время такой "мужской" игры, они были не нужны. Ее, конечно, никто не прогонял. Кто из парней приносил мяч, она не знала, но всегда кто-то, да приносил.
Один раз предложили играть на вышибание. Кто мазал, чтобы садились в круг - и лупить по ним мячом. Вот это она не любила. Уж кто-кто, а она знала, что такое удары волейбольным мячом со всей дури - мало не покажется никому.
Такие вещи в команде не приветствовались, конечно. Но девки иногда так делали, если кто косячил. Однажды и ей прилетело. И двинула ей стоящая впереди дылда - в лицо! Было это так неожиданно и стояли они в тот момент так близко, что Элька не успела среагировать. Двинула та с подачи. Как по нотам. Ей подала мяч центровая и она, кулаком, направила его назад, прямо в лицо Эли. Удар был огромной силы. Эля не упала, но было такое впечатление, что у нее на лице взорвалась бомба. А эти верхотурины стояли и ухмылялись - не косячь!
Она тогда думала, что синячище будет в пол-лица. Эти дуры не понимали, что ли, что так травму можно нанести! Да хоть какую! Ведь специально в лицо била. Ну лупили иногда друг друга мячом, но чтобы в лицо?! Такого никогда не было!
По счастью, травмы не было. При таких ударах синяки возникают прямо под глазами - темные, даже черные. И большие, она уже видела такое. И ждала - вот у нее сейчас так и будет. Такие жуткие синяки потом очень долго не сходили, это она тоже знала. И как потом в универ ходить?
Неизвестно почему, но, как говорится, бог миловал.
И вот как раз после этого случая она стала думать о том, что пора. И вскоре ушла из команды.
А на пляже, когда предложили такую "игру", она сразу сказала, что против, лупить мячом людей, которые садились бы в центр круга, пусть даже и по спинам, жестоко! Ее, как ни странно, послушали. И накосячивших решили просто изгонять из круга на время.
Кучка "косоруких" все росла и росла около круга. Пока они не остались вдвоем - она и один рослый парень. Взрослый, кстати, лет около тридцати.
И лупились бы они, наверно, бесконечно - никто не уступал, силы их были примерно равны. Но кучка "косоруких" заскучала и оттуда посыпались вопросы: "Ну, и долго так будет? Нам тоже играть охота..."
Больше так не делали, но ее как-то зауважали, что ли. Знали, как зовут, где она учится, и всегда подходили, здоровались, звали играть.
Один парень всё хотел ее провожать. Но Эля смеялась и говорила, что не надо. В общем, не нравился он ей. Вообще-то неплохой, но не очень высокий, одного с ней роста, с таким даже туфли на каблуке не наденешь. Ей нравились высокие... Как Стас. Да ну его! Лучше и не думать.
Другой парень стал смеяться и сказал, прямо при ней, тому, набивающемуся в провожатые:
- А вот я бы тебе, Кирюша, не посоветовал Элечку провожать!
- Почему это?
- Пожалеешь!
- Ну и о чем?
- Заведёт она тебя!
- Куда? - Кирилл уже смеялся.
- В подворотню!
Парни ржали, а ей что-то этот разговор не больно-то нравился. Что за ерунда.
- А я не против!
- Только она...
- Что?
- Наплюёт тебе в лицо - и убежит!
В общем, опять веселуха. Все ржут, и не только эти двое.
Она, кисло усмехнувшись, отошла. Такое, значит, она производит впечатление... Ну-ну...
Но в тот день она не пошла играть в волейбол, не волейбол, конечно, а эту "дурь по кругу". Хотя и звали. Уже не плакала, просто лежала спиной вверх. И голову так и не прикрыла.
И вдруг! Сверху на нее навалилось чье-то тело. Какой-то мужик! Не то чтобы рухнул, а внезапно лег - прямо на нее, сверху! День, что ли, сегодня такой!
Она задергалась - тот, кто это сделал, был намного больше и просто не давал ей пошевелиться. Она только чувствовала огромное тело на себе. Надеюсь, хотя бы он в плавках! - мелькнуло у нее. Маньяк какой-то!
Эля уже начала орать - и тут же услышала:
- Ты мне не рада, лапуля моя?
Это был Стас!
Она с трудом повернула к нему голову - от тут же поцеловал ее. Прямо нэ-па-дэцки поцеловал. А потом легко перевернул ее на спину, сам при этом почти не поднимаясь, и стал целовать так, что у нее голова закружилась. Она все дергалась, но - бесполезно!
У нее появилось такое ощущение, что Стас сделает это с ней вот прямо сейчас, "на глазах у изумленной публики".
Но он после поцелуя перевернулся на спину и лежал теперь рядом с ней. Эля попыталась вскочить - он легким движением руки остановил ее порыв. Лег на бок, с удовольствием ее рассматривая:
- Ты мне рада, кисуля?
- Стас, ты больной, что ли?
- Есть немного. Тобой вот приболел.
- Ага. Я заметила.
Он протянул к ней руку, взял ее лицо в ладонь. Она попыталась снова встать. Куда там! Снова стал целовать. И как! Это просто тpaх без тpaха. Ладно хоть сверху теперь не забирался. На них уже открыто смотрели со всех сторон. Пoрнyшкa прямо на пляже - интересно же!
- Стас!
- А пусть завидуют!
- Кому?!
- Мне, конечно. Ты же моя девушка, да?
- Давно?
Снова целует. И опять - так же! "Нас в полицию заберут за аморальное поведение в общественном месте!" - думала Эля.
- Не очень.
- А мое мнение здесь кому-то интересно?
- Не очень...
И снова глубокий поцелуй.
- Стас!
Он отпустил и сидел, такой довольный.
- А куда ты теперь от меня денешься...
Так говорил, как будто уже сделал - это самое.
И улыбается - во все, такое впечатление, что не тридцать два, а все шестьдесят четыре. Ох, Голливуд... Обалденный. И откуда он только здесь взялся...
____________________________
ПРОДОЛЖЕНИЕ