Итальянские ученые выявили, что пойманные большие ночницы издают «жужжащие» звуки, напоминающие сигналы жалящих насекомых. Как показали проведенные на совах эксперименты, хищники реагируют на жужжание шершня и «жужжание» безобидной летучей мыши одинаково — предпочитают избегать источник тревожного звука.
Бейтсовская мимикрия, когда съедобный или безвредный вид имитирует несъедобный или опасный, давно известна и хорошо изучена на множестве видов, от насекомых до лягушек и змей. Чаще всего исследователи сталкиваются с визуальной мимикрией, когда вид-подражатель приобретает внешнее сходство с видом-моделью: например, безобидная молочная змея (Lampropeltis elapsoides) имеет такие же красно-черно-желтые полоски на теле, как и ядовитые коралловые аспиды рода Micrurus.
Куда реже ученые выявляют случаи акустической мимикрии, когда вид-подражатель добивается звукового сходства с моделью: например, бабочки-огневки подражают ультразвуковым сигналам, издаваемым бабочками-медведицами, чей вкус неприятен летучим мышам, — и рукокрылые перестают их ловить.
Впрочем, не одни насекомые «додумались» до такого изобретения: у самих летучих мышей тоже есть враги, которых также можно отпугивать с помощью звуков, напоминающих жужжание ос и шмелей. Именно такой случай зафиксировали итальянские ученые: пойманные ими большие ночницы (Myotis myotis), когда их брали в руки, издавали «жужжащие» звуки, напоминающие сигналы пчел и шершней.
Чтобы выяснить, зачем летучим мышам столь странные сигналы, исследователи сперва сравнили записи «жужжания» больших ночниц и перепончатокрылых насекомых, таких как медоносная пчела (Apis mellifera) и обыкновенный шершень (Vespa crabro). Затем они изучили реакцию сов (обыкновенных сипух Tyto alba и серых неясытей Strix aluco; для каждого вида взяли четыре дикие птицы и четыре выращенные в неволе) на «жужжащие» и «нежужжащие» звуки летучих мышей двух видов, а также на жужжание жалящих насекомых. Результаты исследования опубликованы в журнале Current Biology.
Оказалось, в целом «жужжание» больших ночниц не особенно похоже на жужжание шершня: проведенный квадратичный дискриминантный функциональный анализ (qDFA) с процедурой перекрестной проверки показал 95,4% правильного различения звуков насекомых и звуков летучих мышей. Тем не менее этот показатель упал до 53,7%, когда оставили только те параметры криков, которые входят в диапазон слышимости сов: иными словами, с точки зрения хищной птицы при попытке поймать источник «жужжащего» звука риск угодить в осиное гнездо и шанс пообедать беспомощной летучей мышью примерно одинаковы.
В экспериментах с совами птицы реагировали на «жужжащие» звуки несколько по-разному, видимо, опираясь на имеющийся у них опыт. Запись «нежужжащего» сигнала широкоухого складчатогуба (Tadarida teniotis) чаще всего вызывала у них хищническую реакцию, а вот и жужжание насекомых, и «жужжащие» крики больших ночниц чаще провоцировали бегство. Таким образом, полученные данные однозначно свидетельствуют о том, что летучие мыши подражают перепончатокрылым насекомым, чтобы избегать хищников, — первый, но очень многообещающий пример акустической мимикрии среди млекопитающих.