- Так что за платок на шее? – повторила Юлька. – И где безутешная вдова?
- В СИЗО, - неохотно ответил Виталик. – И никакая она не вдова. Что же тебе Андрюха не сказал, что они так и не поженились? И что она с ним сделала, не сказал?
- А ты не подумал, что ему было неприятно об этом говорить? А мне слушать? – голос у Юльки задрожал и сорвался. – Мы о хороших вещах говорили… О хороших, понимаете? О любви, о прощении! – и уткнувшись в пиджак, она разрыдалась.
Разрыдалась так безутешно и горько, что друзья растерялись.
Первым опомнился Виталик.
- Поплачь, поплачь, - обняв девушку, шептал он. – Ты должна была выплакать эти слезы на похоронах… Но не пустил тебя Андрюха, не пустил. И правильно сделал. Запомнишь его живым…
- Да-а-а-а, - провыла Юлька. – Живым, в дурацком костюме и с платком на шее-е-е-е.
- Дался тебе этот костюм… и платок… - вымученно усмехнулся Виталик. – Вот гадина! Тварь! – шарахнув по столу кулаком, вдруг гаркнул он.
Икнув, Юлька разом прекратила рыдания.
- Ты чего? – испуганно спросила она. – Кто тварь? Я?
- Да Галка эта! Каким ветром ее тогда в наш гараж занесло?! Господи-и-и-и! Тот увалень, что увел ее тогда у Андрюхи, можно сказать, несколько лет жизни ему подарил. Придушила она первого муженька пояском от халата. То ли спал он, то ли пьяный был, не знаю… Вместо шести лет отсидела четыре, да и вернулась сюда…
Обхватив голову, Виталик выл как раненый зверь. Слушать это было невыносимо и жутко.
Юлька не бросилась успокаивать друга, нет…
Она вспоминала, что же ей ответил Андрей, когда она постебалась над его странным прикидом.
Она ляпнула что-то насчет модного приговора, а муж ответил, что приговорили его без его согласия. Да, теперь-то и понятны стали его слова. И платок на шее более чем понятен…
- Я же в тот день приезжал к нему, - чуть успокоившись, продолжил Виталий. – Звал обратно в гараж. Мы же вместе в него вкладывались. Вместе с нуля начинали. Ну и что, что гараж мой, и я деньги вложил? Андрюха, это такой генератор идей! Так и сыпал ими. Без него ни хрена бы не вышло ничего. Так вот, в тот день я к ним приехал… Галка как всегда под градусом, а зато Андрюха ни-ни. Уже несколько месяцев не притрагивался и говорил, не тянет мол. Так вот и признался он мне тогда, что уходит от Галки. Что хватит с него этого помешательства, этих пьянок и разборок.
По тебе, Юлька, сильно скучал. Все спрашивал меня, а сможешь ли ты простить его? На что я ему сказал, что лучшей жены ему и не сыскать. А он, знаешь, что ответил? Что так и не развелся с тобой. Ну, в смысле, документы подал, а до конца дело не довел. Так что, вдова ты, Юля, ты!
А еще я прямо в лоб заявил тогда, если ты обратно его не примешь, пусть не обижается, все усилия приложу и завоюю тебя. А Андрюха улыбнулся так загадочно и ответил, ну-ну, мол, поживем, увидим.
Предложил ему в тот день, барахло свое в машину покидать и бежать от этой Галки к чертовой матери!
А он, нет, типа, в этот раз по-тихому не уйду. Скажу все в лицо и тогда. По честному хотел.
Я говорю, иди и говори, подожду. А он, нет, езжай. Завтра приеду. Вот и приехал…
А на завтра мне уже из морга позвонили. В крови снотворное нашли…
Накачала, значит, и придушила нашего Андрюху. Пояском от халата! Надеюсь, теперь ей впаяют на всю катушку! До сих пор себя виню во всем. И то, что после свадьбы вашей насмехался над ним и каблуком называл, и за то, что не пресек эти отношения с Галкой. И за то, что уехал в тот день. Надо было остаться, надо было насильно погрузить его в машину и увезти! Но кто знал, что так получится! Вот, выговорился, и будто легче стало, - выдохнул Виталий.
Подняв стакан с чаем, Юлька встала.
- Андрей вчера сказал, что сегодня особенный день, - произнесла она. – Наверное, он прав. Для всех этот день чем-то, но значим. Даже для Андрея. Еще он мне сказал, что всегда будет рядом, и я верю в это. И еще верю; там, за чертой что-то есть. Что миры живых и умерших очень сильно переплетаются. Я не хочу думать о его последнем часе, не хочу. Земля тебе пухом, родной…
Долго еще сидели друзья и вспоминали, вспоминали, вспоминали…
И казалось, рядом Андрюха…
Сидит с ними за одним столом...
Пока друзья убирали со стола, Юлька расправила пиджак и аккуратно положила его на могилку.
- До встречи, любимый, - прошептала она.
Замыкая шествие, Виталий и Юлька шли последними. Дойдя до деревьев, они вдруг обернулись…
Накинув пиджак на плечи, возле оградки стоял Андрей и смотрел им вслед. И даже издалека можно было разглядеть его лукавую улыбку и насмешливый прищур усталых глаз.
Начало здесь