От того, что возможно, к тому, что действительно существует
Солнечным, весенним днём на свет появились две девочки. Люська на них не могла налюбоваться. Они выглядели как две красивые куколки. Одна светленькая с карими глазками, а другая тёмненькая с зелёными. В остальном они друг от друга ничем не отличались. У обеих остренький носик, пухлые губки и щёчки.
Однажды вечером, она, как всегда, накормила девчонок и уложила спать. Вышла к старшим детям на кухню. Они что-то горячо обсуждали, Марк спорил со старшей сестрёнкой.
- Я завтра ни за что не пойду в садик! – твёрдым голосом заявил трёхлетний малыш.
- Пойдёшь! Я же хожу в школу, поэтому и ты пойдёшь в садик. Мы с тобой уже взрослые и должны во всём помогать мамочке.
- Но мамочка же нигде не работает, ей никуда не нужно идти. Я буду дома ей помогать.
- Мама ухаживает за сестрёнками, они ещё совсем маленькие. Вот подрастут и тоже будут ходить в садик.
- А, я что вечно буду ходить в этот садик? Не хочу, не хочу не хочу. Сказал не буду, и всё тут, - стукая кулачком по столу кричал малыш.
Ставни окон затряслись, лампочка, одиноко торчавшая в старой люстре, замигала и с треском лопнула, разлетевшись на мелкие осколки по всей кухне. Побледневшая Люська не знала, что делать, бежать в детскую или успокаивать старших детей. Вдруг тело её окаменело, ноги сковало тяжестью. В оцепенении она начала шептать первое, что пришло на ум:
- A caelo usque ad centrum (от небес до центра земли) – Она шептала эти слова снова и снова, пока шёпот не перешёл в шипение. Откуда она знала эти слова, Люська и сама не понимала. Наверное, из книг на материной даче. Постепенно ставни перестали стучать. Притихшие дети, в немом ужасе глядя на мать, не могли закрыть открывшие рты. Оцепенение сошло на нет и Люська со всех ног бросилась в детскую комнату. Увиденное там повергло в ещё больший ужас. Маленькие девочки болтались под потолком в виде неправильных прямоугольников. Люська поймала сначала одну из них, затем другую, прижала их к материнской груди, как две книжки и прошептала неуверенным голосом:
- A posse ad esse (от того, что возможно, к тому, что действительно существует), - она несколько раз проговорила эти заклинания.
Девчонки засопели, зачмокали, найдя материнскую грудь губами, их тела налились жизнью. Люська рухнула в кресло обессиленная. Старшие дети в это время стояли в дверях, наблюдая как мать мечется по комнате. она положила всех детей в свою кровать, чтобы не бегать между ними ещё и ночью. Утром, чуть свет, Люся направилась к отцу. Войдя в квартиру, она прокричала:
- Папка, ты где?
- Ну что ты кричишь с утра? – буркнул недовольный Василий, который лежал на диване с газетой в руках.
- О, ты не спишь уже? – поинтересовалась очевидным дочь.
- Как видишь! Чего пришла?
- Собирайся, ты снова будешь жить с нами. Хотя бы какое-то время.
- Ну уж дудки. Смерти моей хочешь? – замотал головой Василий. – Не пойду, и не проси. Обратись к своей матери, пусть она тебе помогает.
- Нет, не могу, не хочу её видеть. Помоги мне, очень тебя прошу, одной мне просто не справиться, – уговаривала дочка Василия, умалчивая о ночном происшествии. Она была уверена, что в присутствии Василия ничего больше не случится.
- Ладно, уговорила, только я ничего делать не буду. Стар я уже по магазинам бегать и пелёнки стирать.
- Тебе ничего делать и не придётся. Всё, что от тебя требуется, присматривать за старшими детьми.
- Хорошо, убирайся с глаз, несносная девчонка. Я приду сам, к вечеру, - пообещал ей отец.
- Договорились, жду тебя. Только пообещай не напиваться, очень тебя прошу.
- Да ладно тебе, когда я напивался то?
- Ну, ну, перегаром на всю квартиру разит.
- Разит ей, зато сам чёрт от меня шарахаться будет.
— Вот это-то и мне и надо, - тихо ответила Люся.
- Что что ты там сказала? – не расслышал Василий.
- Да нормально всё, давай, до вечера, я побежала, - ответила выходившая за дверь дочка.
Девчонки росли шаловливыми и бойкими. Каждый день не обходился без происшествий.
- Вита, помоги мне убраться в комнате, - попросил как-то Марк сестричку, после того как они все вместе раскидали кубики по всей комнате.
- И я помогу, - закричала воодушевлённая Анжелика.
Марк тут-же пожалел, что предложил эту затею с уборкой, но слово не воробей, вылетит не воротишь. Он прекрасно знал, чем заканчиваются коллективные уборки девочек. По одиночке девочки вели себя смирно, но вот стоило им сойтись, их совместный тандем превращал дом в сплошные руины.
- Нет, нет, идите обе отсюда, я сам уберусь, - начал отказываться опомнившийся Марк, но девочки уже его не слышали. Сначала всё было чинно и прилично. Маленькие девочки складывали кубики в коробки, пока те находились рядом. Завалившиеся за диванами и креслами девчонкам лень было таскать по кубику, и они начали их кидать издалека. Это занятие их так увлекло, что они и не заметили, как кубики стали летать сами по себе. Марк с ужасом наблюдал за девчонками. Увидев, что творится в комнате, они раззадорились ещё больше и вот уже коробка с кубиками пустилась по комнате, распаляя девчонок. Они вдруг дико захохотали, и поднимаясь в воздух уменьшились в размерах на глазах у Марка, становясь всё тоньше и тоньше. И вот уже в воздухе плавают два мелких прямоугольника с ошарашенными глазами.
- Мама, деда Вася, идите сюда, тут…- мальчик осёкся на полуслове, так как девочки растворились в воздухе, совершив ромбообразный пируэт на прощание. Их смех и голоса ещё были слышны, но Марк закрыл уши руками, не в силах больше выносить эти звуки.
- Сыночек, послушай меня, что здесь произошло? – присев перед сыном на корточки, спросила Люся.
- Мама, ты где была? Я звал тебя, звал. Вита и Анжелика, они пропали. Сначала они кидались кубиками, а потом начали сами летать как маленькие геометрические фигурки, а потом и вовсе пропали. Мамочка, их забрало страшное чудовище? – плача спрашивал малыш.
- Пойдём, я отведу тебя в другую комнату, - нервно сказала Люся. Передав ребёнка на попечение старшей дочери, она вернулась в комнату. Василий всё это время послушно ходил за ней, недоумевая в чём дело. Потом отправился покурить на улицу, да заодно посмотреть, может малыш что напутал, да девчонки просто на улицу сбежали.
- Верни мне девочек, Слим. Хватит играть со мной в прятки. Я тебя по-хорошему пока прошу, - уверенно сказала Люська - Я тебе не мама, мне нечего бояться, ты и так отнял у меня почти всё.
- Почти, да не всё! – услышала она голос Слима – у тебя есть ещё твоя жизнь и жизнь девочек. Ведь ты наполовину моя, а девочки полностью мои.
- Что-то в его словах показалось ей странным. Почему он говорит про девочек, а про старших детей ни слова. Слим услышав её внутренний голос, ответил ей:
- Когда ты родила старшую дочь я по-настоящему напугался. Во-первых, чтобы добиться цели мне нужны были мальчики близнецы или на худой конец девочки-близнецы. Но тут девочка, да ещё и одна.
- Чего ты добиваешься? «Какая твоя конечная цель?» —спрашивала Люся с напускным спокойствием.
- Habeo inventire vires (я должен обрести силу). Конца не будет, напротив всё только начинается. Время тьмы.
- Я не позволю тебе этого сделать, - упрямо твердила Люська.
- А, ты ничего не можешь одна. Я добился своей цели. Сначала твои прародители отказались от твоей матери, тогда, когда она особенно нуждалась в любви. Ваш мир погряз в распущенности, грехе и равнодушии. Всем всё равно. Нет среди вас того, кто сможет дать мне отпор.
- Найдётся, будь уверен. Верни мне моих девочек. Хватит играть.
- Забирай, они ещё слишком малы. Придёт время и им понадобится биоматериал, как и мне. И вот тогда ваш мир сожрёт сам себя, - с этими словами Слим растворился, ухмыльнувшись на прощание своей корявой ухмылкой. В тот же миг на пол, прямо к ногам матери упали девочки.
- Мамочка, мне страшно, помоги нам.
- И мне страшно, там так холодно и скучно, - затараторили наперебой испуганные сёстры.
- Где вы были? Расскажите подробнее всё, что вы видели, - спросила Люся дочек.
- Там такая узкая дверка, пройти в неё можно только сделавшись тонкими и прозрачными. Глубоко, глубоко в земле есть огромный тоннель, туда очень долго падать, но мы держались в воздухе, вернее нас кто-то держал, потому что воздуха там почти нет. В следующий раз, когда мы туда попадём, я обязательно слетаю до самого дна. Мне кажется, там есть маленькие звёздочки, они такие серенькие и блестящие.
- Звёздочки, похожие на пыль? – спросила Люся.
- Да, только пыль лёгкая, а это кристаллические, твёрдые маленькие звёздочки, - ответила Вита.
- Ой, а мы в следующий раз наберём полные горсточки, - вторила Лика.
- Следующего раза не будет, - строго сказала им мать, - Я смотрю вам там было не так уж и страшно, произнесла она, глядя как меняется выражение лиц и настроение девочек.
Что-то они не договаривают, похоже я начинаю сходить с ума, - подумала несчастная женщина.
Заходя к отцу Василию в комнату, она проговорила, - Пап, сходи-ка ты за коньяком. Я так больше не могу, мне нужно выпить и срочно.
- Ты что, доченька, ты не должна пить, у тебя ведь маленькие детки.
- Да это не детки, это исчадия ада, - закрывая лицо руками ответила Люська.
Она выпила грамм двести спиртного. От алкоголя ей стало ещё хуже. Теперь болела не только душа, но и ныло всё тело. Еле оторвав отяжелевшие ноги от пола, она, пошатываясь побрела в свою комнату.
Притихшие ребятишки тихо сидели по своим углам. – Всем спать, - бросила на ходу Люська и в чём была улеглась на кровать.
продолжение тут...