1. У всех мертвых одинаковая кожа. Борис Виан
Дэн работает вышибалой. Он постоянно видит секс и насилие. Он и сам любит насилие и секс с посторонними женщинами. У него есть жена и ребёнок. Белые. И он гордится этим, потому что сам он — чёрный. И пускай этого никто не видит, ведь внешне он ни чем не отличается от других «нормальных» людей: у него белая кожа. Но что делать, когда твой брат, чёрный и снаружи, и изнутри, начинает вторгаться в твою жизнь, тем самым разрушая её? Плюнуть на всё и признаться в том, что твоя кровь грязна? Или попытаться оттереть ненужное пятно, раз и навсегда забыв, кто ты есть на самом деле?
2. Каждый день — падающее дерево. Габриэль Витткоп
Габриэль Витткоп (1920—2002) говорила то, что думала, жила, как хотела, и умерла, как сочла нужным: приняв цианистый калий за два дня до Рождества — праздника, который она презирала. Холодные, мизантропические и блистательные книги Витткоп ее биограф сравнил с чудесным ядовитым цветком. Опубликованный посмертно роман «Каждый день — падающее дерево» — это портрет двойника автора, надменной и безжалостной Ипполиты, вспоминающей свою жизнь, озаренную гордым пламенем презрения к человечеству.
«Последний день не был белым. Последний день был розовато-серым — серым, как плоская тень, и розовым, словно шанкр».
«Гордый эстетизм, королевское равнодушие к морали и фразы, ограненные, как брильянты. Книги божественной Габриэль Витткоп кровоточат, словно незаживающий шрам». Франка Мэй
«Это проза торжествующей готики, диковинных руин и удушья нависшего неба. Чтобы запечатлеть облик человека, погружающегося в трясину, приходится увязнуть самому: неоспоримое преимущество топей психологии заключается в том, что их глубину невозможно изведать». Бастьен Герри
3. Бесконечная шутка. Дэвид Фостер Уоллес
В недалеком будущем пациенты реабилитационной клиники ЭннетХаус и студенты Энфилдской теннисной академии, а также правительственные агенты и члены террористической ячейки ищут мастер-копию «Бесконечной шутки», фильма, который, по слухам, настолько опасен, что любой, кто его посмотрит, умирает от блаженства.
4. Елтышевы. Роман Сенчин
Страшный и абсолютно реальный мир, в который попадает семья Елтышевых, — это мир современной российской деревни. Нет, не той деревни, куда принято ездить на уик-энд из больших мегаполисов — пожарить шашлыки и попеть под караоке. А самой настоящей деревни, древней, как сама Россия: без дорог, без лекарств, без удобств и средств к существованию. Деревни, где лишний рот страшнее болезни и за вязанку дров зимой можно поплатиться жизнью.
Люди очень быстро теряют человеческий облик, когда сталкиваются с необходимостью выживать. И осуждать их за это может только тот, кто сам прошел путь возвращения: от успеха и денег — к нищете и страху, от сытости — к голоду и холоду...
5. Роман с кокаином. М. Агеев
Искренний рассказ молодого человека, жившего в Москве в годы до и после революции, о своем развитии: от школьника до наркомана. Кульминационными моментами этой психологически детализированной «исповеди», часто мазохистски выставляющей напоказ внутренние злые силы, становятся наблюдения героя над самим собой в различных стадиях воздействия наркотиков. Такие темы, как плотская и духовная любовь, презрение к человеческому роду, от природы подлому и жалкому, ненависть к жестокому и беспринципному государству, также обогащают эту книгу, выдающуюся и с точки зрения повествовательной техники.