В 1962 году ЦРУ уговорило Джона Дэссоэра, вице-президента «Ксерокс Корпорэйшн», помочь родной разведке. К проекту привлекли ведущего конструктора и инженера корпорации Рэя Заппота (он участвовал в разработке первой автоматической модели «Ксерокс-914», которую использовали сотрудники посольства СССР в Вашингтоне) и еще трех специалистов — оптика, электронщика и телевизионщика. На создание копировальной машины с «жучком» были выделены огромные средства и организовано секретное конструкторское бюро. Для конспирации его разместили внутри небольшого торгового центра, в помещении заброшенного боулинга, где не было окон. Заппот придумал установить внутрь копировальной машины маленькую бытовую кинокамеру Bell & Howell-2х8.
Технический специалист фирмы «Ксерокс», раз в месяц проводивший профилактику посольского аппарата, получил от ЦРУ подробные инструкции, как и куда установить кинокамеру. Удивительно, но техник обычно возился со сложным аппаратом без какого-либо наблюдения со стороны службы безопасности и в 1963 году каждый месяц ставил камеру со свежей пленкой. Следующим заданием от Лэнгли стала установка «жучка» в компактную настольную машину «Ксерокс-813». В этой модели уже не было места для обычной 8-мм кинокамеры, и секретной бригаде «Ксерокса» пришлось создать миниатюрный фотоаппарат с большим количеством пленки, попутно изменив конструкцию зеркала копировальной машины. Все детали для новой камеры заказывались на разных фирмах, чтобы полностью скрыть идею их использования.
В 1964 году труд Рэя Заппота был вознагражден секретным патентом. Изобретатель подумывал об оснащении всех копировальных машин скрытой системой документирования, которая помогала бы США проверять союзников и бороться с врагами, но в 1969 году одна химическая фирма была поймана за руку при попытке шпионить подобным образом за конкурентами. Можно было ожидать, что советское посольство начнет проверять свои копировальные машины и найдет искусно внедренный «жучок». По этой или какой-то другой причине, но проект был закрыт. Рэй вышел на пенсию в 1979 году и молчал почти 20 лет, пока муки совести или гордости не заставили его рассказать на страницах американского журнала Popular Science эту удивительную историю, которая, однако, имела неожиданное продолжение.
Мастера спецремонта
Генеральное консульство СССР в Сан-Франциско (Калифорния) приобрело в середине 1970-х японский копировальный аппарат «Тошиба», уже справедливо не доверяя американским моделям. По контракту с советской миссией местная фирма присылала своего техника для периодической чистки и ремонта капризной машины, которую нещадно эксплуатировали все советские сотрудники как в служебных, так и в личных целях. Специально выделенный офицер КГБ (один из авторов этой статьи) внимательно следил за работой американского техника, всегда подробно комментировавшего свои действия. Между ними даже возникли приятельские отношения — оба были профессионалами и с уважением относились друг к другу. Однажды в конце 1970-х вместо всеми любимого техника пришла нарядная девчушка. Она пыталась бойко говорить по-русски и неумело тыкала отверткой внутрь аппарата. После ее ухода служба безопасности генконсульства позвонила на сервисную фирму и вежливо поинтересовалась, почему же вместо профессионала прислали очаровательного дилетанта. На что секретарша, простодушно извинившись, ответила, что приходил не специалист фирмы, а сотрудник ЦРУ, временно работающий у них как стажер. А почему бы и нет?
Вскоре сервисная фирма прислала такой счет за обслуживание разваливающейся машины, что советский бухгалтер поставил ультиматум — или я, или копировалка. Тут весьма кстати местная фирма предложила провести недорогой капремонт, который, однако, ей придется делать уже в своей мастерской. Получив разрешение из Москвы, советская миссия отправила «Тошибу» в ремонт. Но когда машина вернулась в дипмиссию, ее место, увы, было уже занято новенькой копировалкой, купленной нетерпеливыми русскими. А старую машину отправили в Москву, в знаменитый институт специальной техники КГБ СССР, где внутри ее сварного основания нашли изощренное устройство съема информации. Эта система с помощью специального оптического сенсора фиксировала изображение первого листа копируемого документа, а затем передавала его уже в цифровом виде по радиоканалу в соседний частный дом. Вероятнее всего, именно там и располагался специальный приемник и принтер, которые восстанавливали изображение на бумаге для последующего изучения американскими «компетентными органами».