– А где Валентина Ивановна? – спросила Ксения Михаила –
– Я ей сказал, чтобы она себя берегла и не ходила сюда каждый день, что этим она ему будет только плохо делать, оказывая ему столько внимания и жалея его. Она послушно ушла домой, видно я оказался прав, она действительно устала.
На следующий день Ксюша хотела бежать в больницу с самого утра, но сдержала себя и собралась только после обеда. Вместо еды она взяла с полки первую попавшуюся книгу, это был Ремарк.
– Думаю, что угадала, – решила она и пошла в больницу.
Она была уверена, что увидит уже совсем другого Илью. По дороге она купила ему зефир, зная, что он его любит и понимала, что он это оценит, как заботу о нём.
– Привет, фурия! Я даже такую, как вчера тебя люблю. Нагнись, поцелую, – его ироничный тон обрадовал Ксению. Вот только я не понял вчера, почему ты и за маму всё решила, она ведь сегодня не пришла, а я ждал.
– Я за неё ничего не решала, она взрослый человек и сама знает, что ей делать.
– Но ты же сказала, что вам обеим такой, как я вчерашний, не нужен.
– Для мамы ты всегда будешь одинаковым и одним-единственным. Но речь шла не о ней, – тут она не выдержала и счастливо улыбнулась.
– Какой же я дурак, Ксюша, какой дурак! Когда?
– Я не знаю, я только завтра к врачу пойду.
– Ксюша, забудь про вчерашний день, это была минутная слабость, честное слово! Забудь.
– Мне Миша всё объяснил, – весело сказала Ксения, радуясь его словам.
– Какой Миша? – ревниво спросил Илья.
– Твой врач, я правда не знаю его отчества.
– Александрович, – перебил ее помрачневший Илья.
– Мне это и знать не надо, он же мой одноклассник, – засмеялась Ксюша, – не буду же я его по имени отчеству звать.
Она достала из пакета зефир и книгу.
– Ты что, ясновидящая, я только вчера подумал, что надо бы Ремарка перечитать, пока время есть. Дай мне свою руку.
Он поцеловал ей руку и продолжил:
– Неужели ты помнишь, что я люблю зефир?
– Конечно, я ведь и тебя люблю, и просто должна это помнить.
– А я помню, что ты лаваш любишь, да?
– Да, я последнее время только его и ем. Ну мне пора, я теперь буду по вечерам приходить, прямо с работы. И еще скажи маме, чтобы она ходила к тебе реже, Миша просил, он видит, что она нервничает, да и устает. Меня она вряд ли послушает.
Ксения теперь приходила к нему каждый вечер, она забыла про длинные скучные вечера дома в одиночестве, даже здесь, в казенной больничной обстановке они не могли наговориться, рассказывая друг другу, как они жили все эти годы.
– Знаешь,Ксюша, мне кажется, что эта авария не была случайной в нашей с тобой жизни, это была своего рода проверка на вшивость, как бы грубо это не звучало. А ведь она могла бы для меня окончится плохо, не будь ты такой мудрой в первый день твоего визита ко мне.
– Я в тебя верила, ведь я тебя люблю, а тебе помогла со всем этим справиться твоя любовь ко мне. У жизни свои правила.
– Да, а наша задача выучить их и следовать им с самых малых лет. Но почему же люди постоянно спотыкаются? – с досадой сказал Илья.
– Вероятно, жизнь человеческая запрограммирована на полосатость, полоса белая, полоса черная. Но размер этих полос у каждого варьируется индивидуально.
– Но и черные полосы необходимы, ведь именно она, эта самая полоса, дала мне возможность уйти от суеты будней и задуматься о смысле жизни.
– Не все это понимают, поэтому и набивают себе шишки, – философски заключила Ксюша.
Пока Илья лежал в больнице Ксюша встала на учет, и теперь в июле они ждали малыша. Токсикоз у неё скоро закончился, но мама, с нетерпением ожидавшая внука или внучку, приходила часто и делилась с дочерью воспоминаниями о детстве Ксюши. Эти задушевные разговоры действовали благотворно, да и на работе у нее все складывалось хорошо.
За две недели до Нового года Миша выписал Илью. И Ксения с Ильей поехали подавать заявление в ЗАГС, к их счастью там работала одноклассница Ильи, и у них получилось заключить брак в последний рабочий день старого года. Свадьбу они не хотели, да и обе бабушки хором говорили, что чужие люди могут сглазить Ксюшу и будущего ребенка, поэтому кроме бабушек и дедушек они, совместив свой небольшой праздник с Новым Годом, пригласили и Мишу с семьей.
Их “больничные посиделки” мягко переросли в “домашние”, по вечерам они всегда рассказывали друг другу о том, как прошел день. Ксюша добросовестно посещала женскую консультацию, выполняла все рекомендации своего врача. И вот на очередном осмотре врач ей сказал, что у них будет двойня. Сначала она испугалась, а потом обрадовалась. Дома она сама испекла торт, сама пригласила бабушек и дедушек, потом позвонила мужу.
– Илюша, не задерживайся нигде, я очень соскучилась, – ласково вещала она в телефон.
А тому через некоторое время позвонила Валентина Ивановна:
– Сынок, у вас все в порядке?
– Да, мама, а почему ты беспокоишься?
– Ксения нас в гости пригласила, вот мы и подумали, а вдруг что случилось.
Илья долго сидел в задумчивости, но перезванивать жене он не стал, а позвонил Мише:
– Миша, Ксения сегодня дома собирает бабушек и дедушек, они переживают, так как причину она не озвучила, да и я нервничаю, вдруг что не так с беременностью.
– А какой у нее срок?
Илья ответил и услышал громкий смех Миши. А потом тот вкрадчиво сказал:
– Знаешь, Илья, хорошо, если она объявит вам пол будущего ребенка, но при таком сроке возможна и другая информация. Троих я тебе не обещаю, но двоих гарантирую, – и он громко рассмеялся.
– Ты серьезно?
– Вполне.
Освободившись, Илья направился в цветочный магазин, он долго выбирал букет, а когда продавщица спросила для какой цели он нужен, она сказала:
– А не лучше ли вам подарить ей орхидею в горшке. Вы не первый такой заботливый, я уже имею опыт в этом, мужчины всегда возвращались и благодарили меня.
И она упаковала ему необыкновенно красивый цветок:
–Ну а то, что надо сказать жене, подскажет неземная красота этих цветов, – улыбаясь, сказала женщина.
Илья шел домой и думал:
– А может зря я цветок купил, может надо было с пустыми руками явиться. Вдруг Миша ей позвонил. Да нет, не зря, я ведь часто ей без повода цветы дарю, а в этот раз скажу, что мне посоветовали, сказали, что понравится. И даже если Михаил ошибся, ничего страшного не будет.
Дверь открыл тесть.
– А вот и задержавшийся! – воскликнул он громко и помог распаковать цветок.
– У меня все готово, – говорила Ксения, стоя возле плиты, а когда она повернулась, Илья поставил на подоконник цветок и сказал:
– Это тебе, дорогая!
– Ты просто угадываешь мои желания! Какая прелесть!
Вскоре все сели за стол и все хором нетерпеливо заговорили, их слова сводились к одному: по какому поводу сей праздник. Илья, конечно, тоже задавал такой вопрос, но загадочный вид жены явно подтверждал второе предположение Миши. И он был готов к этому.
– Только бы мальчики, – твердил и твердил он сам себе эту фразу, словно заклинание.
И тут Ксюша встала, подняла стакан с томатным соком, а потом радостно произнесла:
– У нас будет двойня.
С минуту все молчали, осмысливая информацию. Только Илья подумал:
– Надо потом Михаилу позвонить, он должен это знать, – и добавил восторженно, – ведь как в воду глядел.
Но портить удовольствие Ксюше он не стал, а поднялся и поцеловал ее.
В середине лета в их семье на свет появились долгожданные малыши Аркадий и Валерий. А перед Новым Годом Ксения вдруг потребовала от Ильи розовую орхидею.
С праздником вас, дорогие мои читатели! Мира, добра и счастья!
Сегодня настоятельно рекомендую вам прочитать два моих рассказа: