Китайская Восточная Железная Дорога была в Российской империи особым местом, со своим специфическим укладом и порядками. Посетивших ее впервые «с большой земли», ждали порой неприятные сюрпризы.
В 1903 году в газете «Восточный вестник» (издававшейся в то время во Владивостоке) была размещена история некой госпожи Жвирович, о случившемся с ней и ее спутником на пути в Порт-Артур.
Сопровождающий даму, некий господин М., был, по ее словам, нещадно избит и подвергнут аресту за то, что на станции Кандулин нагрубил лакею, который долго не подавал заказанный обед. А далее произошло следующее – начальник станции (чье имя в заметке не называлось, хотя можно предположить, что узнать его не составляло особого труда), на требование М. дать жалобную книгу ответил:
- Стану я всякому прохвосту давать жалобную книгу!
По словам Жвирович, такое обидное обращение должностного лица, до нельзя возмутило как ее саму, так и господина М. Знали бы они, что обиды на этом не кончатся. М. громко заявил, что по прибытии в Порт-Артур, он будет жаловаться начальству.
- А, так ты еще и жаловаться! Эй, ребята, взять его и расправиться с ним получше! – приказал начальник станции присутствующим здесь же двум дюжим солдатам. «Взять» было не трудно, так как М. по описанию Жвирович – человек тщедушный и хлипкий.
Через несколько минут, дама услышала душераздирающие крики господина М., которого вовсю лупцевали эти два солдатика. Ее попытки вмешаться и просьбы о помощи, обращенные к местному офицеру пограничной стражи, ни к чему не привели. Офицер заявил, что господинчик оскорбил георгиевского кавалера – того самого станционного лакея и поэтому должен быть наказан. Собственно, с тем поездом на котором приехали спутники, М. не отпустили, и как пояснил офицер госпоже Жвирович – он остается арестованным на станции Кандулин.
Как говорит, Жвирович она никогда не слышала такой площадной брани, сыпавшейся на голову ее спутника, когда она вернулась на станцию. Далее М. повели в казармы под арест, и из здание некоторое время опять слышались крики избиваемого.
По утверждению Жвирович, начальник станции сказал ей следующее:
«Вам, сударыня, я советовал бы не вмешиваться в это дело, а то и с вами будет то же, что и с вашим спутником. Здесь я сам – начальник и делаю, что хочу».
Перепуганная госпожа Жвирович была вынуждена вернуться в вагон своего поезда и просидела там до самого отхода – так и приехала в Порт-Артур одна.
Было ли продолжение у этой истории не сообщалось и прямо не знаешь, что тут даже определенно сказать.
Начальника станции похож на самодура, но… ведь читатели «Восточного вестника» и о господине М. ничего не узнали, кроме того, что он привык хамить лакеям и угрожать кляузами. А вот получилось, что станции КВЖД не Москва, не Питер. Не Варшава и даже не Иркутск – здесь за панский гонор можно и получить, нарвавшись внезапно на еще большего грубияна. И ведь не сказала же госпожа Жвирович – а зачем, собственно, их с господином М. понесло в Порт-Артур? Явно М. не чиновник, да и на торгового агента купца не похож, уже не шулера ли в порт езали народ облапошивать? Могла бы ведь говорить – порядочный семьянин, по делам службы… нет, об этом молчок.
Хотя это конечно не значит, что даже шулера, можно наказывать, пока его еще «не вычислили». Но и грубить людям, как выяснил М. на собственном опыте тоже ни к чему – если уж ему удалось выбраться, то получил он урок на всю жизнь. Честно сказать, двоякое впечатление осталось от этой заметки – и начальник станции – хам, но и госпожа Жвирович что-то явно не договаривает.