««Господа! Бал окочен! Он был долог и непереносимо тяжёл..» — почему этой фразы нет у Мастера? Почему там описан бал и не сказана концовка его таковая, чтоб все были довольны?. Разве бал — не развлечение?
Вспопыхавшиеся дамы, кавалеры с потными кругами на мундирах. Уставшие — донельзя! — оркестранты. И мажордом падающий с ног. Всё это — приметы успешного вечера. Когда — всласть, взапой и со всеми прелестями потаённых уголков. А вальс!. А мазурка!!.. «Господа, а когда же мы встретимся снова! Мне лично понравилось..» — так должны наперебой задаваться восторгами и вопросами участники шоу. Чуть задетые — мало приглашаемые. Чуть виноватые — приглашаемые часто, и не только на танец. Мужья, ищущие тревожными взглядами супружниц. Жёны, прячущие торжествующую улыбку. Одинокие — с надеждами. Бал — это столпотворение не только лиц и ног. Но ветвей судеб! За один дооооолгий вечер — один присест, как сказали бы в простоте! — свершается скандальное и божественное. Долго/ожидаемое и спонтанное. Обыкновенное и чудесное. Кто-то разрывает, казалось бы навечное. Иные скрепляют — из случайного и ветренного — добросовестное и носимое. Полька теребит нежные точёные пальчики в туфельках — а сердце трепыхается взглядом голубых глаз. Ах, какой! И уже забыты ссор и споры с маменькой — о том, какой же наряд надеть на бал. А папА — глядящий строго вооон из того угла бальной комнаты — кажется милейшим и сговорчивым.
Бал.. Проверка на выносливость ног и спин. И истинность чувств. Адреналин скачет и брызжет, сменяя и сметая всё вокруг. Ты видишь происходящее в каком-то новом — ином — свете. Все кажутся волшебными и чувствительными. Вон как расхрабрилась маркиза приезжая — не смотри, что дурочка и дурнушка. А раскраснелась — и похорошела.. А старая дама — княгиня местная — ещё вполне приёмиста. Ишь, тоже пятнами бурыми по щекам пошла! А генерал!. Вы бы его видали в выправке — поневоле вытянешься географическим поясом Земли. Бал взбадривает и утомляет одновременно. В перспективу — зовёт, нынче — валит с копыт. Я — бывало — танцевала до утра. Уж и рассвет в окна заглядывает, и шампанское больше не подают. А я всё верчусь на паркете, волнуюсь. Где мой соколик, с глазами голубыми. Кого в этот раз с собой увёл..
«Господа! Бал окочен! Он был долог и непереносимо тяжёл..» Бледное, не проспавшееся будто, солнце золотит горизонты. День будет знойным и печальным — так всегда бывает после веселий. Пятки гудят, поясница разламывается, в голове звон. Мусор на полу, пустые бутылки под лестницей — прислуга не успела прибраться.. И масса девальвированного и вновь приобретённого — как итог пышного торжества. Отчего же мне не грустно?..»