***
Как никогда стало интересно заглядывать в зазеркалье (массовой) культуры — все ощущается острее и строже, всюду — микродозинг реальности, с которой хоть так справляется пищеварение. Вот несколько его, мыслительного пищеварения, результатов (ссылки в названии ведут на полный текст).
«Это туманность пережитой травмы, личный кошмар, растянутый до координат города. Смягчающее обстоятельство, позволяющее критике Ривза не звучать совсем уж безжалостно. И только персонаж Пола Дано, пугающе похожий на Уэйна во всем, кроме счастья родиться в богатой семье, способен озвучить все герою в лицо. Показать оскал тьмы, если ее долго пестовать в себе под видом сложности мира или тяжелой ноши».
«Наш флаг означает смерть» (2022)
«Наш флаг означает смерть» продолжает цикл жанровых игр, которые новозеландец уже много лет ведет с соратником Джемейном Клементом (вспомните «Чем мы заняты в тени» или «Кролика Джоджо»). С одной стороны, это история аристократа, который рискует жизнью, чтобы поиграть в пиратов, с другой — сардоническая критика Британской империи и пиратских сюжетов, где в расчет зачастую не берут ни кореное население, ни женщин.
Токио в «Пузыре» — тоже место силы, где затянутся душевные раны сначала Хибики, а вскоре — и всей потрясенной страны. Помесь Нетландии и Зоны отчуждения, не памятник конца света, но игровая площадка и отражение подросткового раздрая. Шутка ли — быть современным ребенком в большом городе, под давлением перенаселения и высокой конкурентности, еще и когда каждый звук кажется раскатом грома (у Хибики гиперакузия).
- Араки — режиссер трех сезонов «Атаки титанов»
«Оторви и выбрось» (2022) Кирилла Соколова
«Соколов второй фильм ходит вокруг да около «каннибализма поколений», описывая, как отцы и матери мордуют потомков свинцовыми установками «где родился, там и пригодился», «сама виновата», «подрастёшь — спасибо скажешь». Оля из «Папы» наговаривала програмный монолог, почему в меблирашке не видят зла: сбиты ориентиры, морали нет, наказывают за хорошее и дурное — вот и не различаешь уже чёрного и белого. Выживает серейший.
В «Оторви и выбрось» мент Олег пытается погасить судьбоносную ссору фразой: «Я не прав, но ты…» И это лейтмотив всего фильма, корень дремлющего национального зверства. Череда детских отмазок и перекладывания ответственности. А чего я? А чего он(а) начал(а)? А чем вам здесь плохо?»
Документальный фильм Александры Кулак, осмысляющий протесты в Беларуси двухлетней давности. Ключом к кошмару правового общества оказывается кошмар ночной: многие участники митингов признавались, что сон не приносит облегчение, а повседневность сама обращается дурманом. Проводницей в кривое зазеркалье майского Минска выступает девушка в белой маске — Мара, тезка демоницы из славянской мифологии, мучающей людей во снах. Параллельно детский голос призывает стишком-заговором Красную королеву, которая должна развеять морок, принести спасительное избавление.
«Сядь за руль моей машины» (2021) Рюсуке Хамагути
«...сокрушительный успех обрело кино о речи. О ритуале говорения, которое — стоит «переключить» язык — превращается в сутру, мантру, музыку волн и шум прибоя. О языке тела, который выкрикивает во время секса такое, чего не сообщишь родным алфавитом. Подобным образом только Ото — словно в оргазмическом трансе — рассказывает целыми главами о девочке, которая была миногой (а вообще знаменита тем, что тайком пробиралась в дом к объекту симпатий). О словах, которые на бумаге и на слух могут значить как будто разные вещи, а еще — носить в себе личный багаж, как вечно шипящее имя Хиросимы, памятника атомизации и аннигиляции».
- «Случайность и догадка» — предыдущий фильм Хамагути, показанный тоже в 2021-м
«Худший человек на свете» (2021) Йоакима Триера
«В какой-то момент Юлия признается, что ощущает себя наблюдательницей собственной жизни. Закадровый голос пересказывает отдельные диалоги и добавляет биографические «сноски», но также — создает эффект отстранения; и открывающая сцена от этого факта играет по-новому. Все это будто происходит не с ней: выдержать такой объем несчастья, пропустить его через себя и не распасться в самобичевании, если чья-то ноша стала тяжелее из-за тебя, — задачка со звездочкой».
«Удовольствие» (2021) Ниньи Тюберг
«Мечтающая стать порнозвездой, как в мелодрамах грезят статусом голливудской примы, Белла находит свой предел там, где на секунду упивается властью. Следом — мог быть успех, но нужен ли он такой ценой?»
«Красавица и дракон» (2021) Мамору Хосоды
Крайне вольное прочтение «Красавицы и чудовища», разрывающееся между реальным и виртуальным, кажется очень своевременным зрелищем: для сохранения нервных клеток, ментального здоровья и веры в человечество. Фильм Хосоды уже побывал на Каннском кинофестивале и успел выйти в японский и американский прокат, где показал рекордные для режиссера сборы (по миру сумма перевалила за $63 миллиона). Вероятно, сказывается успокаивающий эффект грустной песни, сквозь которую звучит надежда. На фоне трагических событий особенно ценны трюизмы о том, что человеку нужен человек, а у добрых дел не бывает маленького масштаба.
«Вторая полнометражная работа чилийского режиссера и современного художника Нильса Аталла, родившегося в Калифорнии, получила специальный приз жюри на Роттердамском кинофестивале — совсем обойти вниманием самую радикальную картину конкурса попросту побоялись. «Король» совмещает в себе метафизическое обаяние путешествия в пустоту (первую главу-другую можно подумать, что Аталла разыгрывает эзотерическую версию «Апокалипсиса сегодня») и хтонический динамит немого кино, к которому не слишком аккуратно отсылает испещренный царапинами и разноцветными пятнами видеоряд».
«Белая лента» (2009) Михаэля Ханеке
«[Взрослые] изъясняются монологами-проповедями, лицемерно позволяют себе любые деяния под предлогом благочестия и всячески избегают любой ответственности. Белые ленты, которыми пастор метит своих несовершеннолетних детей в знак их первородной чистоты, станут петлей на шее страны, а сама практика сепарации по признаку «добродетельности» обнажит свою людоедскую сущность десятилетия спустя».
- «Хэппи-энд» — фильм Ханеке, который выглядит как прощание
«Невероятной красоты хоррор-альманах... Визуальный ряд стилизован под экспериментальную анимацию полувековой давности, а каждая история — посвящена изгнанию разгневанного духа (собственно, мононокэ). ...[сериал] отличается не только богатой мифологией и визуальными решениями, но и мастерски нагнетаемым саспенсом (половину историй придумал гуру японского хоррора Тиаки Конака, сценарист «Экспериментов Лейн»)».
«В 2000-м «Круг» увез из Венеции пять наград — в том числе Золотого льва и приз критики. Джафар Панахи поразил европейскую публику жизнью, где сигареты продают поштучно (10 туманов, то есть 15 рублей по-сегодняшнему), газировка бывает одного оранжевого цвета, а феллиниевская романтика дороги и перекрестков заканчивается не грустной музыкой, а кутузкой».
P.S. Бонус. Интервью со Степаном Бурнашевым — о «Проклятой земле. Рок», якутском кино, шаманских ритуалах и русском языке:
«...когда она отчитывает своих подопечных и себя преподносит выше других, начинает на командном русском говорить, на городском таком. Она вообще там вся такая городская: с одноклассниками общается на якутском, а официант приходит — и она начинает отчитывать его на русском, демонстрируя свою важность в городской среде».
Подписывайтесь на канал | Слушайте подкаст | Подробнее о «Тинтине»