Гордые казаки, делом подтверждавшие свои слова, жили по собственному кодексу, а все попытки со стороны оппонентов заставить их подчиняться другим правилам, расценивались ими как унижение.
Кроме того позором покрывал себя тот казак, кто отказывался следовать честному и храброму бытию в рамках общины.
Кубанские казаки
Большим оскорблением для принадлежавших воинскому сословию кубанских казаков было услышать в свой адрес обращение мужик. Всячески дистанцируясь от закабалённых мужиков - землепашцев, привыкших гнуть спину на помещиков, свободолюбивые подневольные казаки ненавидели это слово, предпочитая, чтобы их называли «мужчинами» или «братцами». Если же кто-нибудь оговаривался по незнанию, то тут же следовал ответ: «Мужики в лаптях, а казаки - в лампасах!», после чего желательно было извиниться за причинённую обиду.
Донские казаки
Для казаков Войска Донского, считалось унизительным родство со славянками. Охотно беря в жёны турчанок, они избегали женитьбы на русских и украинках, которые с середины XVIII века стали активно селиться на Дону. Если же чары прелестницы оказывались сильнее здравого смысла и, поддавшись чувству, донец играл с ней свадьбу, то в глазах общины он и весь его род терял уважение. Такое унижение было веским основанием для осторожности в любви, которая приносила неудобства не только мужчине, но и женщине, поскольку в случае смерти мужа никто, даже его родственники, не протягивал ей руку помощи, и все лишь способствовали её удалению из станицы.
Донским казакам, беспрерывно вступавшим в конфликт с азакцами – жителями современного города Азов, для совершения очередного военного набега на неприятеля хватало даже одного оскорбления, нанесённого врагами члену их общины. Для унижения, попавшего по неосторожности в их руки донца, азакцы отстригали ему бороду и усы и в таком непотребном виде отправляли в станицу.
Вольный образ жизни донцов, имевших свой собственный независимый от государства устав, очень раздражал Петра I, который желая подчинить их себе, усмирить и унизить даровал Войску Донскому новый герб.
На этом искренне ненавидимом казаками геральдическом символе император велел изобразить сидящего на винной бочке полуголого мужчину, с саблей, ружьем и кальяном, поскольку точно знал, что пьянство никогда не приветствовалось на Дону.
В середине XVII веке, когда к Дону стали стекаться раскольники-староверы, остро встал вопрос с обеспечением пропитания. Присылаемая из центра продовольственная помощь не решала полностью проблемы и тогда новоприбывшие попробовали сами заняться земледелием, что донские казаки расценили как унижение, поскольку они никогда не возделывали землю.
Привыкшие воевать, а не взращивать, донцы издали указ: «...чтобы никто и нигде хлеба не пахали и не сеяли, а если станут пахать, и тогда бить до смерти и грабить..., а кто хочет пахать, те бы шли в прежние свои места, где кто и жил».
Запорожские казаки
Признанные самыми безжалостными и оголтелыми казаки из Запорожской Сечи всегда применяли к провинившимся собратьям унизительные меры наказания, чтобы другим было неповадно повторять их «подвиги».
Выказывая презрение к чрезмерному увлечению алкоголем, они хоронили алкоголиков на отдельном кладбище рядом с самоубийцами, а на могиле ставили не крест, а осиновый кол, который даже после смерти казака напоминал окружающим о его неприличном образе жизни.
Запорожцы, уличённые в воровстве, приговаривались общиной к смертной казни, но прежде им три дня предстояло простоять прикованными к позорному столбу, после чего их забивали палками другие осуждённые на такую же участь.
Серьёзным оскорблением достоинства запорожского казака было отсечение его длинного чуба-оселедца, за который по поверью, Бог должен был вытащить его из ада за многочисленные убийства врагов.
Папаха и шашка
Особый пиетет казаки испытывали к головному убору, который они носили не для тепла, а для чести. Каракулевая папаха, в силу специфичного кроя не позволявшая бойцу ходить с опущенной головой, отражала традиционное мировоззрение не гнущих ни перед кем спины казаков.
Она являлась важным атрибутом их самоопределения, а потому, сбив её с головы, оппонент наносил служивому глубокое оскорбление. Упавшая шапка была олицетворением вызова на поединок, где обидчик мог доказать свою правоту, а казак отстоять своё доброе имя.
Оберегая бойца в бою, она олицетворяла собой его мужество, мудрость и достоинство, а её потеря сулила ему скорую смерть.
Обязательным элементом обмундирования казака была шашка, которая служила своеобразным символом всей полноты его прав. Получив её из рук стариков в 17 лет, он должен был с честью исполнять законы казачьей общины, нарушение которых могло повлечь унизительное лишение шашки. Если «братец» раскаивался в своих деяниях, то спустя некоторое время по решению Круга ему возвращали оружие, в противном случае его изгоняли из Войска.