Жилец, поселившийся у Татьяны Григорьевны, соседям не нравился. Наверное, сравнивали невольно с покойным мужем хозяйки. Михаил был статный, добродушный, вежливый и внимательный. А этот... Вечно хмурый, "здрасте" никогда не скажет и всю площадку окурками забросал. Да и внешне далеко не Аполлон. «И чего это Татьяна такого сморчка выбрала? - судачили соседки. - Влюбилась что ли на старости лет? Неужто лучше найти не могла?»
Разговор на лавочке
– Ну, бабы, все бы им нос не в свое дело совать, – презрительно бросила Татьяна Григорьевна, когда очередная кумушка постаралась выведать у нее, что же за дядька поселился в квартирке у вдовы.
– А и вправду, Татьяна, неужели замуж выскочила снова? И верно, давно пора, уж когда Михаила-то схоронили, – в лоб заявила настырная соседка.
И Татьяна Григорьевна сломалась. Видно, ей самой давно хотелось выговориться, поделиться хоть с кем-нибудь переживаниями. Так почему жилеткой для ее слез не может стать соседка, которая знает Таню почти с младенчества – еще в детский сад вместе ходили…
– Как я устала, кто бы знал! – растерянно твердила женщина, бросая опасливые взгляды на окна своей квартиры. – И ведь рассказать кому – не поверят! Абсурд!
– Так кто этот мужик, Таня? – снова спросила соседка.
– Родня! По покойному мужу. Я его и не знаю совсем, он ко мне приехал – как снег на голову среди лета. А он документики мне под нос – так и так, будем жить вместе.
Дела семейные
– Отец у моего Михаила еще тот гулена был, – делилась Татьяна, – муж рассказывал, что папаша, уже не стесняясь жены, к женщинам приставал. Да и бил супругу почем зря, она и слова ему поперек сказать боялась: а как же, он в семье добытчик, а она домохозяйка. Правда, мужик все-таки сбежал к какой-то красотке и отсутствовал года четыре, но потом снова к прежней жене вернулся.
Это все присказка. Красотка родила сынишку, назвала Геннадием. Что интересно, папаша Михаила не стал от мальчонки отказываться и даже усыновил, а потом выплачивал на него алименты. Но по воскресным дням с ребенком не встречался, как он растет – не интересовался. Ему вполне хватало первенца, рожденного законной супругой.
И Михаил со сводным братом никогда не виделся, хотя и знал о его существовании. Каждый жил своей жизнью. Михаил вырос, выучился в институте, женился на Татьяне, которая жила в этом же доме, но этажом выше. Потом у Михаила и Татьяны родилась дочь. Старики умерли один за другим, Михаил похоронил родителей, а спустя некоторое время и сам за одно лето сгорел от страшной болезни. Татьяна поднимала дочку одна. В одиночестве радовалась ее успехам, баловала девчонку за себя и за покойного отца. Девочка выросла славной, умненькой. Окончила школу, поступила в институт и упорхнула от матери. В институте повстречала свою любовь и выскочила замуж, а потом уехала вместе с мужем в далекий северный город.
Наследство
Так бы никогда и не встретилась Татьяна со сводным братом мужа, но всплыло завещание, которое, оказывается, оставил еще отец Михаила. Татьяна Григорьевна с Михаилом проживали в родительской трехкомнатной квартире, были тут прописаны, и после смерти стариков Татьяна наивно полагала, что они с мужем – единственные хозяева. Ведь дед нередко перед смертью говорил:
– Квартиру завещаю детям.
Татьяна и полагала, что дети – это она и Михаил. Но отец Михаила, который, видно, под занавес жизни корил себя за то, что не уделял должного внимания обоим сыновьям, свою долю жилплощади завещал… сыну Геннадию. Михаил тогда Татьяне сказал, что дело о квартире и наследстве полюбовно решил с братом. Татьяна поверила и больше никогда мужа об этом не спрашивала. А Михаил, скорее всего, полагал, что Геннадий никогда к ним не явится, чтобы заявить свои права. Потому что тот отбывал очередной срок в местах не столь отдаленных. А потом Михаил и Татьяна забыли о завещании...
И вот Геннадий объявился спустя столько лет! Приехал и заявил, что Татьяне придется потесниться.
Без церемоний
Татьяна хватилась за голову. Ни с какими родственниками она не собиралась делить квартиру, а уж тем более с таким! Геннадий же по-хозяйски занял одну из комнат, обустроил на свой лад и зажил припеваючи, насколько позволяла пенсия по инвалидности. Впрочем, когда заканчивались деньги, родственник, нисколько не церемонясь, залезал в холодильник Татьяны и брал все, что хотел. Когда она варила для себя суп, выходил на кухню со своей тарелкой и ложкой, словно женщина была обязана его кормить. А когда Геннадий без спроса зашел на Татьянину половину и залез в шкаф, вытащил оставшийся от Михаила костюм и нарядился, Татьяну возмутилась. Пусть костюм этот и не нужен ей совсем, но какое право имеет этот чужой мужик брать вещи ее покойного мужа! А новый жилец словно и не заметил тех слов, на которые не поскупилась Татьяна Григорьевна, выпроваживая его из своей комнаты.
Татьяна Григорьевна терпела-терпела, а потом позвонила дочери и рассказала ей всю правду о своем житье-бытье.
Дочка среагировала сразу. Через несколько дней приехал зять Татьяны Григорьевны. Потолковав с Геннадием за закрытыми дверями и выяснив, что мужик решил здесь остаться навсегда, зять принялся за дело…
… Татьяна Григорьевна уехала в далекий город, где жила ее дочь. Там для нее купили дети однокомнатную квартиру. А долю в квартире Геннадий выкупил. Откуда у мужика появились деньги - зять Татьяны Григорьевны не спрашивал. Лишь бы скорей отделаться.