Почила осень в хрустале, В объятьях дуба вызревая, Храня в себе крупицу рая Орехом, что на самом дне, И дымной сластью в тишине — Ванилью — лунный свет лаская. Чуть маслянистою слезой Скользнула, пробуждая лозы, Что помнят летний зной и грозы, А после, обретя покой, В холодный погреб вековой Ступила переждать морозы. И так за годом год текли Во сне спокойном и глубоком: Созрела осень сладким соком И плотностью самой земли, Где буйным садом заросли̒ Холмы, обласканные Богом! А ныне фруктов и цветов Букет изысканный во тьме Вдруг пробудился при луне, Отринув враз покровы снов, И вот: поэт прозреть готов, Постигнув истину в вине! Картина: William-Adolphe Bouguereau. Lidylle 1950
Почила осень в хрустале,
В объятьях дуба вызревая,
Храня в себе крупицу рая
Орехом, что на самом дне,
И дымной сластью в тишине —
Ванилью — лунный свет лаская.
Чуть маслянистою слезой
Скользнула, пробуждая лозы,
Что помнят летний зной и грозы,
А после, обретя покой,
В холодный погреб вековой
Ступила переждать морозы.
И так за годом год текли
Во сне спокойном и глубоком:
Созрела осень сладким соком
И плотностью самой земли,
Где буйным садом заросли̒
Холмы, обласканные Богом!
А ныне фруктов и цветов
Букет изысканный во тьме
Вдруг пробудился при луне,
Отринув враз покровы снов,
И вот: поэт прозреть готов,
Постигнув истину в вине!
Картина: William-Adolphe Bouguereau. Lidylle 1950
