Присела на корточки, обняла себя за плечи и стала раскачиваться из стороны в сторону. Как жить? За что? За что даже в мои воспоминания так гадко наплевали? Не заметила, как кто-то появился рядом. Видимо впопыхах забыла закрыть дверь.
- Ниночка? – женский голос резал по ушам, - Нина, ты ли это? Доченька! Милая ты наша девочка! – слова начали звучать причитания.
Обернулась, сквозь пелену слез было трудно рассмотреть женщину стоящую на пороге некогда красиво обставленного зала, а теперь непонятного обгорелого помещения. Приглядывалась я долго, и никак не могла разобрать в силуэте, кто именно со мной разговаривает.
- Дочка, пойдем ко мне! Тебе наверное сложно сейчас, столько пережить и вернуться в такое, - женщина развела руками, а потом быстрым шагом направилась ко мне.
Когда она оказалась рядом, разобрала в боевой старушке соседку, живущую напротив, бабу Машу. Они когда-то дружили с моей бабушкой и мама, после ее смерти, поддерживала теплые отношения с соседкой.
- Пойдем, пойдем милая! – поднимая меня за плечи, потянула за собой женщина.
- Окна! – спохватилась я, озираясь вокруг.
- Пусть проветрится. Когда будешь уходить, закроешь, тут несколько недель проветривать и то не выветришь. Здесь без капитального ремонта делать нечего, а для начала сан.эпидем. станцию вызвать надо. Пусть обработают, а то мало ли какая зараза тут кишит,- женщина сморщила нос и подернула плечами.
От ее слов стало еще горестнее, схватилась за голову и еще сильнее зарыдала. Осознание того, что у меня опять нет дома, приходило постепенно и выжигало в груди пустыню, оставляя боль.
Мы очень быстро переместились на уютную, по- стариковски теплую, кухню бабушки Маши. Пока я всхлипывала и заикалась, около меня образовалась чашка теплого, ароматного напитка, всевозможные вазочки с вареньем и медом, печеньем и сахаром. Мои руки периодически поглаживали, по волосам тоже периодически порхала женская, немного сморщившаяся, но все еще твердая рука.
- Ты только не отчаивайся. Слышишь, - проговорила женщина, усаживаясь за стол напротив меня.
- Ты когда освободилась?
Мои глаза полезли вверх, рот открылся.
- Тьфу. Не то сказала. Когда выпустилась из детского дома?
- Я еще в шестнадцать переехала в общежитие при колледже. – начала я.
- Так ты уже образование получила? – радостно воскликнула соседка.
- Да, я бухгалтер, только вот оно средне-специальное, никому не надо, всем высшее подавай и чтобы опыт больше трех лет и чтобы в декрет не ушла. – пробубнила с отчаяньем я.
- Ой, начало положено. Ты не можешь быть чухней, ни твоя бабка, ни твоя мать такими не были и тебе нельзя. Получай значит высшее! – стукнула ладонью по столу женщина.
- Как?! – всхлипнула я. Истерика с новой силой начала подступать к горлу.
- Каком к верху, да и хоть другой стороной, как хочешь, но не раскисай! – сделала грозный вид женщина, - Жизнь не такая простая, детка, но оно того стоит! – подмигнула она, отпивая чай из своей чашки.
- Как это произошло?- кивнула в сторону квартиры.
- А как бы это не произошло? Тут кто только не жил. И с каждым разом контингент все «смешнее» и «смешнее». Те, кто были еще неделю назад здесь, вообще весь подъезд в страхе держали. Я вечером из квартиры вообще не выходила. И да, ты только не отчаивайся, но это не все, - женщина очертила круг глазами.
- Что еще? – уронила в руки голову.
- Там задолженность по квартплате почти год, ты бы тут, пока сумму не найдешь для оплаты, не появлялась. С казенным заведением связываться никто не стал, а вот с тобой обязательно свяжутся и будут давить, чтобы оплатила. – женщина скривилась и тяжело вздохнула.
- Как мне жить? – заскулила я.
- Счастливо, глупая. Ты смотри, какая красавица выросла, какая умница, у тебя квартира в Москве. Да у тебя вся жизнь впереди, вся страна у ног. Ни детей, ни плетей, двадцать лет, руки есть, ноги целы, голова на плечах.
- Мне так тяжелооо, - завыла я.
- Всем тяжело, кому-то сейчас еще тяжелей. Ты главное не ломайся, слышишь? – нежно нашептывала мне женщина, гладя меня и прижимая к себе.
Я просидела тогда у бабушки Маши почти до ночи. Она рассказывала мне ужасные истории о моей квартире. Я рассказала, как жила все это время в детском доме и в общежитии. Мы немного посмеялись над студенческой жизнью, всплакнули, вспоминая мою бабушку и родителей. Уходить не хотелось, но реальность была неумолима.
Аннотация:
Всегда ли страсть пагубна? А если вслед за страстью приходит любовь, то легко ли ее разглядеть и признаться себе в этом? Это роман о внезапных чувствах, в которых себе сложно признаться. И о том, что любить тоже надо уметь. И главный навык, который пригодиться в любви - умение говорить с друг другом, доверять и верить в силу чувств. Когда приходит это умение? В каком возрасте? И с возрастом ли? Это очень эмоциональный роман о любви молодой девушки со сложной судьбой и взрослого успешного мужчины.
Прочесть полностью можно на Bookriver
Не забывайте подписываться на мой блог Книга в дорогу ставьте лайки и пишите комментарии.