Мы думаем, но чаще говорим, привычно поднимая лица к небу: нам то и это стало непотребно, нам скоро запретят календари. Маэстро бог, создатель, инженер, или у вас там целая бригада. Подайте знак, другого нам не надо. Не доводите мир до крайних мер.
А как у нас? Наверно, хорошо. С утра луна заходит за кулисы. Вот к выходным ждём пятничного лиса. В тот раз его не ждали — он пришёл. И шаг его был мягок и упруг, прошелестев по тёмным коридорам. А мы на кухне ели помидоры, картофельные ломтики и лук. Мы пили дивный чай из смеси трав. Лис нашептал про разное из сказок. Не нужно спорить до охрипших связок. Никто не виноват, никто не прав. Большой планете войны не нужны. Война — старуха вредная и злая. Нам кто-то с голубями посылает кусочек своей питерской весны.
Мы делаем, но мало и не то. Гуляем редко. Правда, иноходцы. Лис сочинил про крокусы и солнце. Во мраке по болотам бродит хтонь, на чердаке смеётся домовой, под фонарями затевая танцы. Жизнь разная, но любит продолжаться, и шлёпает весна, и ты живой, неправильный, закрученный, как жгут. Печальный принц, хромая Сивка-Бурка, но дымчатые лапы Петербурга погладят твою глупую башку.
Маэстро бог, конструктор, даждь нам днесь, не человек — алмазные скрижали.
Мы пятничного лиса провожали, и кот играл на саксофоне здесь. И даже если всё опять не так, и понедельник растворился в капле, однажды ты заметишь между яблонь весёлый отблеск лисьего хвоста.
А значит, лис добрался до тебя. Он избежал усушки и утряски.
Забудь, что бог. Садись и слушай сказки, по тучам коготочками скребя.