Я подхожу к окну, когда город еще окутывает сонная дымка. В ней пробивается свет – то розовый, светлеющий, то сероватый, без оттенков, но всего несколько минут – светлеет и он. С новым утром, Минск. Оно будет добрым, правда?
Вы любите урбанистический пейзаж? Я – очень. Кто-то, конечно, скажет, что слова про «урбанистический пейзаж» придумали для того, чтобы скрыть за ними некрасивость панельных рядов: мол, лесных пейзажей почти не осталось, любуйтесь тем, что пришло взамен. Выбора как будто нет, и мы научились любоваться тем, что имеем. Но разве панельки не греют сердце? Ведь для многих, как и для меня, кирпичики панелек – воспоминания детства, того времени, когда жизнь – многолюдная, громкая в своем веселье – кипела во дворах, а не одиноко теплилась перед экраном компьютера, когда мы бегали между этими панельками с друзьями, и родители не могли дозваться нас домой. Они кричали на весь двор из окон и с балконов: «Вася, иди домой!». Или Таня, или Сережа, или Света – имена были разными, а ответ всегда один: «Сейчас!». И длилось это тот самый обещанный час, пока разъяренная мама или папа не выбегали из подъезда, грозясь ремнем (с папами всегда было проще договориться). Скучаете по тем временам? Я тоже, хотя гулять во двор выходила очень редко, сидела дома с книгами, и мама чаще ругалась, пытаясь вытолкнуть меня на улицу поиграть с друзьями, а мне было интереснее с графиней де Монсоро и героями Шекспира (я как-то умудрилась прочитать всего Шекспира еще в школе). Это детство между панельками не вернуть… И когда вы думаете, что скучаете по тем домам – коробок к коробку, все под линеечку – возможно, на самом деле вы скучаете по беззаботному времени, когда самым страшным, что с вами могло случиться, была угроза ремнем. Угроза, в большинстве случаев не становившаяся реальностью. И когда вы мечтали поскорее вырасти – и из панелек тоже, а когда мама говорила: «Вот подожди, будешь вспоминать это время как лучшее в своей жизни», вы, конечно, не верили. А сейчас, как я, смотрите из окна на девятом этаже на просыпающийся город и думаете: «А ведь мама была права». Конечно.
Урбанистический пейзаж – это прекрасно, думаю я, глядя, как рассеивается сонная утренняя дымка, пока готовится кофе. Я люблю пить его из прозрачной, с толстыми стенками, чашки, добавляя в черноту («как деготь», – поеживается мой предпочитающий чай муж) пару капель молока – чтобы напиток стал веселее. Так и город – с каждым глотком нового утра становится веселее. Свежее и бодрее. Иногда свежесть и бодрость заменяют радость, вы замечали?
Я смотрю на свой город из окна в кабинете – компьютер включен, я знаю, о чем сейчас буду писать. Да что там! У меня столько всего есть, о чем хочется написать и рассказать, что темы выстраиваются в очередь и иногда как будто спрашивают: а можно, сейчас я? Давай ты напишешь про то, как нам в последнее время не хватает общения. Нет-нет, отталкивает эту тему другая, давай ты напишешь, что весна пришла всерьез, что пора прятать теплое и темное до следующей осени, и надевать все самое яркое. Конечно, я об этом напишу, но сначала – про город, в котором мечтала жить с того самого первого раза, когда сюда приехала. Мне было 15 лет и, вернувшись в родной Гомель, я сказала маме: «Минск – город, в котором я хочу жить». И живу. И пишу о нем. И буду – жить и писать. Потому что мечты сбываются. Особенно если мы этого очень хотим.
Я пишу эти строки, глядя из своего окна на разновысотные здания – там двенадцать этажей, а вот реновированная панелька с мансардными окнами: как, наверное, интересно смотреть на небо, лежа в кровати. Через дорогу – старое четырехэтажное здание послевоенной постройки, в прошлом году на нем поменяли крышу, теперь она густого красно-коричневого цвета, и балконы в тон. По проспекту бегают машины, спешат люди, радуясь несмелой еще зелени. Они спешат к лету – скорей бы уже шашлык, лес и озеро. А я думаю, что лучший день – каждый. Даже если нам кажется иначе. Доброе утро, любимый город.
